Книга Блуждание во снах, страница 167 – Лана Ланитова

Оставшись одна, я подходила к окну и всматривалась в темнеющую даль. Ночи к осени стали длиннее. Сырой туман все также клубился над холодной и сонной рекой. А на мосту немым укором, смотря на меня сквозь расстояние, стоял призрак Ольги. И взгляд ее, казалось, проникал в самое сердце. Меня уже не удивлял этот призрак. Постояв совсем недолго, Ольга, точная копия моей княжны, удалялась в густеющую и тоскливую мглу.

Я принималась плакать и плакала до тех пор, пока не забывалась крепким сном. Во сне же ко мне являлась моя несравненная княжна. Она обнимала меня, раздвигала пальчиками мокрую раковину и припадала к устью трепетным языком. О, какое это было блаженство. Мы обе стонали и извивались, словно две молодые змеи в жаркий полдень… Я кончала с каждым разом все сильнее и сильнее. Боль, оставленная неласковым женихом, испарялась, словно роса с цветка. Утром, лежа в неге и блаженстве, я снова и снова задавалась вопросом: «Что со мной? Снится ли мне все это? Либо, Грановская – ведьма, умеющая рассекать пространство?»

Недаром я так часто упоминала Хильду Ричардовну и ее неприязнь ко мне. Пока я рассуждала о мужской состоятельности жениха и философствовала на темы супружеской близости и роли мужчин в жизни женщины, либо млела ночами от безумных ласк призрачной княжны Грановской – иными словами, пока я витала в облаках, нашлись люди, кои попытались с превеликим удовольствием опустить меня на грешную землю. А вернее в самую ее грязь.

Постараюсь быть краткой. Ненавидящая меня экономка, сумела разыскать недругов нашей семьи. Она списалась с какой-то маменькиной приятельницей. А после и сама съездила ко мне в родной город, на мою улицу, и разузнала все об обстоятельствах, в которых оказался мой отец. Затем она потрудилась заехать в Москву и встретилась там с сестрой генерала – Людмилой.

Однажды утром я проснулась и вышла в легком халатике прямо на террасу. Там, за завтраком, меня обычно ждал жених – генерал Корытов. Теперь он любил завтракать в моей компании. Нередко, по настоянию жениха, сразу после трапезы, мы отправлялись в мою спальню. И генерал снова и снова, без затей и лишних изысков, утолял свою похоть.

Но в это утро, вместо него, прямо за столом, сидела незнакомая пожилая дама с высокой прической из рыжих волос. Она удивительным образом была похожа на своего брата. Если бы к этому лицу добавить щетку усов и бакенбарды, то я подумала бы, что предо мной сидит сам ФФ, только изрядно располневший и в строгом женском платье. Я даже внутренне усмехнулась подобному сходству. Это была сестра ФФ – Людмила Филипповна. На вид ей было около пятидесяти лет.

— Ах, вот и вы, милочка. Нет, нет, не уходите. Постойте-ка. Присядьте, мне нужно с вами поговорить, – строго проговорила дама, рассматривая меня сквозь пенсне.

Я покорно села. Мне стало страшно, и сердце забилось так, словно я вернулась в институтские стены, в кабинет инспектрисы. И словно меня должны были отчитать за нерадение в учебе. Мои ладони судорожно пытались сильнее запахнуть халат, одернуть его примятую полу. Этот утренний, фривольный наряд, который допустим лишь в общении любовников, был крайне неуместен в разговоре с чужой, и как я поняла, враждебно настроенной женщиной. Где-то внизу, возле палисадника с розами, послышался шорох и звон падающего прибора. Всеми фибрами души я почувствовала и близкое присутствие Хильды Ричардовны. Казалось, я даже слышу ее злорадный смешок. Кровь ударила мне в голову: против меня замышлялось что-то подлое и коварное.