Книга Глаша 2, страница 46 – Лана Ланитова

Татьяны дома не было. Глаша умылась и стала собираться к Горелову.

«Наверное, он давно потерял меня. Сколько дней я отсутствовала? Три или больше? Ну, ничего, я сумею с ним объясниться».

Глафира вышла на свежий воздух. Снег, выпавший за ночь, почти весь растаял. Мостовые были покрыты чавкающей жижей. Она с жадностью вдохнула холодный воздух. Сквозь темные тучи пробивались солнечные лучи.

«Все не так плохо, – думала она. – Теперь у нас с Таней достаточно денег, а я заработаю скоро еще. Главное, что прошла моя горячка. А все остальное… Может, мне просто все приснилось?»

Успокоив саму себя этими нехитрыми рассуждениями, Глафира приблизилась к дому Горелова. Она быстро вошла в парадное, взбежала по ступеням и повернула ручку механического звонка. Курлыкающие звуки раздались в глубине просторной квартиры. Какое-то время ей никто не открывал. Потом лязгнули замки, и дверь отворилась. Сквозь узкий проем на нее хмуро смотрел дворецкий.

— Что вам угодно? – холодно спросил он.

— Позвольте, но я здесь служу, – запинаясь, произнесла Глаша.

— Подождите тут, за порогом. Я доложу Александру Петровичу о вашем приходе.

Ошарашенная такой встречей, Глафира мялась возле дубовых дверей Гореловской квартиры.

«Нет, что себе позволяет этот гадкий Яков? – обиженно думала она. – Будто он не знает, что я служу у Александра Петровича».

Несколько тревожных минут прошли в утомительном ожидании. Дверь снова скрипнула и распахнулась.

— Заходите. Александр Петрович ждет вас в своем кабинете.

Глафира кивнула. Она вошла в прихожую и сняла с себя пальто, ботики и шапочку. А после, ступая по ковровой дорожке, проследовала в коридор и свернула в пассаж, ведущий к кабинету Горелова.

— Здравствуйте, Александр Петрович, – тихо произнесла Глаша, едва переступив порог.

Он не ответил ей. Он сидел спиной к входу и курил сигару.

— Я все объясню, – попыталась оправдаться она. – Я не могла прийти, потому, что…

— Не трудитесь с пояснениями, – оборвал он. – Вы отсутствовали на службе ровно три дня, не соблаговолив прислать мне даже пояснительной записки.

— Но, я не могла, – с вызовом отвечала она.

Сначала ей хотелось просто рассказать ему о своей внезапной болезни, но получив такой странный и оскорбительный прием, она решила ничего не говорить ему о горячке. Зачем? Зачем тратить лишние слова и оправдания на того, кто был ей чужим? Ей надоел этот дом и этот темноволосый господин, который, не смотря на всю щедрость, не снискал в ее сердце ни капли ответного чувства.

— Да, вы правы, – запальчиво отвечала Глаша. – Нет никакой уважительной причины в том, что я отсутствовала на службе.

— Вот как-с?

— Именно так! Я просто не хотела к вам идти и просто прогуляла.

— Отменно! – его колючие темные глаза налились кровью. – Быть может, вы нашли себе более подходящую компанию на эти три дня?

— А как же! Я была в одном их столичных притонов. Все три дня я пила шампанское в компании двух джентльменов. Нет, вернее их было трое. Я очень люблю такие свидания.

— Довольно! Вы – редкостная дрянь.

— А вы, сударь, болван. Я покидаю ваш дом и эту службу.

— Покинешь, только перед этим ты отработаешь все те деньги, которые я дал тебе авансом в прошлый раз.

— Хотите, я вам их верну?

— Нет, я желаю вернуть их другим способом.