Онлайн книга «Глаша 2»
|
— Сотрете память? — Нет, не стану. Я лишь советую. Хотя, ты сам о ней забудешь, когда в иную жизнь придешь. Забудет и она тебя. Лишь я все помнить буду. И мне она нужна. А ныне я ход времени нарушу, героев призову других, спектакль по-иному завершу. * * * Стены старой часовни, стоявшей на Тентелевском холерном кладбище, содрогнулись от грома ударов. — Откройте, это полиция! Именем Его Императорского Величества вы арестованы! Сдавайтесь без сопротивления! Вы окружены! Раздались выстрелы, дверь в часовню распахнулась, и темная толпа некромантов, подобно черным крысам, бросилась врассыпную по кладбищу. Их хватали военные гвардейцы и полицейские, связывали и грузили на телеги. Пойман был и месье Peter Durand, в миру граф Александр Львович Мурашов. Пойман и взят под арест. * * * Спустя два дня, ранним утром, высокий полицейский чин из Третьего отделения Его Императорского Величества, в сопровождении двух рослых офицеров гвардии, стучался в двери знаменитого салона мадам Бонне. — Открывайте, у меня есть предписание на обыск и арест! – зычно кричал генерал-адъютант его Превосходительства обер-полицеймейстера Санкт-Петербурга. Звали его Григорием Степановичем Свешниковым. Он не только кричал, но и колотил кулаком, облаченным в светлую кожаную перчатку. — Молчат? Не хотят открывать, – поделился Свешников своим недоумением с двумя рослыми гренадерами. — Прикажете ломать? – спросил один из них. — Обождем… Он надавил на высокую дверь сильнее, щелкнула легкая задвижка, и дверь неожиданно распахнулась. За входом таился полумрак, отсутствовали и всяческие звуки. — Вымерли они, что ли все? Странно… Их не встретил даже швейцар. В подъезде не горели газовые лампы. Утренние лучи с трудом проникали в это помещение. Полицейские шагнули за порог и стали подниматься по розовым мраморным ступеням. Миновали обширную площадку, кадку с пальмой. — Ау, хозяева! Есть тут кто? Мадам Бонне? Генерал-адъютант постучал по конторке, за которой обычно сидел швейцар. Глухие удары эхом улетали вверх. — Молчат? Спрятались что ли? Пойдемте, господа, выше. Офицеры прошли по широкому роскошному коридору, украшенному белой лепниной в виде амурчиков со стрелами, пухлых ангелочков, возлежащих в различных позах. Перед длинным и высоким коридором высилась округлая арка с колоннами, по обеим сторонам которой, статуи обнаженных атлантов, поддерживали мощные цветочные капители. Офицеры миновали и коридор. Свешников постучал в первую попавшуюся дверь. За дверью стояла тишина. Полицейский толкнул ее, дверь с легкостью распахнулась. Дорогая мебель украшала эту комнату, но в ней никого не было. Лучи утреннего солнца пробивались через плотные портьеры, образуя световой луч с плавающими пылинками. На полу, возле разобранной кровати валялся одинокий бежевый чулок. Гвардеец вошел и в уборную. Там тоже не было ни души. Распахнутый шифоньер темнел пустым надушенным нутром. На полке лежала лиловая шляпная коробка. Гвардейцы раскрыли и остальные комнаты. Все они были пусты. Было видно, что бывшие жилички спешно покинули сей приют порока и разврата. Всюду оставались следы их спешного побега. Тут и там валялись обрывки газет, конфетные фантики, пустые бонбоньерки, бутылки от шампанского, засохшие пирожные на тарелках, огрызки яблок, косточки от персиков, арбузные корки, ленты, шнурки, подвязки от чулок, стоптанные туфли. И даже совсем новые шляпки и флаконы от духов. В одной из комнат, на кровати, валялись совсем новые кружевные панталоны и два корсета. В другой Свешников с ужасом увидел полку, уставленную рядами рукотворных мужских фаллосов. Григорий Степанович плюнул на пол и перекрестился. Один из гвардейцев оглянулся, чтобы не видели товарищи, и прихватил в карман керамический розоватый инструмент. |