Книга По ту сторону любви, страница 61 – Эмили Кокс, Николь Аллен

— Что? – наклоняется она ко мне. – Моей девчачьей экспертности недостаточно?

Я бросаю на нее взгляд и неловко смеюсь:

— Неужели не понимаешь? Ты моя тетя. Мне некомфортно.

Одри прищуривается, окидывает меня взглядом.

— А, ну да. То есть я не настоящая девушка. Поняла, о’кей. Логично. – Она хватает сумку со стула. – Тогда направлю тебя к источнику истины. Допивай шейк и пошли. – Она встает и задвигает стул.

* * *

Оказавшись в отделе книг о самопомощи и отношениях, я пытаюсь слиться со стеной, а Одри одну за другой перелистывает книги про женский мозг и взаимоотношения. О том, как с ними общаться. О женской анатомии.

Моя толстовка внезапно кажется слишком просторной – будто из нее вываливаются все мои мысли на обозрение каждому, кто зашел в этот книжный. И при этом словно душит.

— Так, Одри, давай остановимся. Десяти книг хватит. Давай изучу сначала их.

Она хмыкает над чем-то, захлопывает книгу и указывает на стопку между моими ногами.

— Бери-ка свой кладезь мудрости и гордо иди с ним на кассу. Ты на пути к знаниям. Твоя девушка будет тебе благодарна.

Я еле удерживаю свои десять книг под мышкой, пока пробираюсь к кассе между книжных полок и кирпичных колонн. Да, мне стыдно, и я чувствую себя полным дилетантом, но в то же время мне очень любопытно. Может, в этой стопке есть ответ, почему Мэй не хочет говорить о Лицегрызе. Почему она так нервничает, когда я спрашиваю о ее семье. Как она умудряется говорить со мной, не произнося ни слова. И конечно, все то, о чем я не должен думать, но думаю. Постоянно.

Одри расплачивается и вручает мне здоровенную холщовую сумку весом килограммов сорок.

— Ну что, Ромео, впереди много чтения. Только если Рэй найдет все это – я ни при чем, ясно?

— Не найдет. Уж поверь. Спрячу подальше, обложки оторву.

Она усмехается и закатывает глаза.

— Делай что хочешь, но вот тебе напоследок тетушкино наставление. – Она встает передо мной. – Это твоя жизнь, не отца.

— Ладно, я…

— Ты строишь свое будущее. Не его, не мамино, а свое. Это классное время. Наслаждайся им.

Я молчу, зная, что она еще не закончила. Сумка врезается в пальцы, а голова будто тяжелеет.

Одри очень громко причмокивает.

— И еще – раз уж я потратила две сотни баксов на книги, то явно могу рассчитывать на знакомство с твоей дамой.

Тетя разворачивается к выходу.

— Вперед, тигр! – бросает она через плечо.

Маркус: Обидно, что мы не тусуемся сейчас, но эту победу я посвящу тебе. А она будет грандиозной.

— Ого, – качает головой Лин, уставившись в потолок. Я лежу рядом на животе. – Ты меня поразила. А это не так-то просто сделать, между прочим. Единственное, что могло бы сильнее изменить мою жизнь, – это если бы ты сказала, что добыла нам приглашения на «Цену вопроса». Но зачем нам это, если у тебя уже есть главный приз? Даже больше – все призы всех суперфиналов, вместе взятые.

Рассказать Лин о Маркусе оказалось не так странно, как я представляла. Впервые в жизни она сидела спокойно и не перебивала меня, пока я говорила. Я рассказала ей почти все. Ладно, половину.

— Значит… – округляет губы Лин, окидывая мою комнату взглядом. Помада у нее нежно-розовая с холодным отливом, глаза подведены голубым. – Ты и… Маркус Миллер собственной персоной. Не успеешь оглянуться, и он тебя поцелует… Явно ведь не будете ждать четыре недели. Я бы и четырех секунд не выдержала.