Книга По ту сторону любви, страница 31 – Эмили Кокс, Николь Аллен

Ее скула отбрасывает подозрительно большую тень. Она явно опухла. Я еле сдерживаюсь, чтобы не взять лицо девушки в ладони и рассмотреть поближе.

— У тебя тут… кое-что на лице. Я бы предложил стереть, но, похоже, это не поможет.

Она плотнее запахивает куртку и отворачивается к полкам.

— Это тебя Лицегрыз так?

Мэй качает головой:

— Врезалась в дверь шкафа.

Я протискиваюсь между ней и полкой, глядя на девушку сверху вниз.

— У твоего шкафа есть кулаки?

Она смотрит себе под ноги, поэтому я дожимаю:

— Дома все хорошо?

— Да. Просто… не хочу об этом говорить.

Ну все ясно – Лицегрыз.

— Ладно. То есть мне не нравится, как твой шкаф с тобой обходится, и я почти гарантирую, что еще подниму эту тему. Но пока – о’кей.

— Все правда нормально.

— С тобой-то, может, и да. А вот с твоим глазом – не особо. – Я достаю телефон. – Так что придется твоему шкафу пообщаться с полицией по душам.

— Не надо.

Она кладет руку на телефон, ее пальцы касаются моих. Я смотрю сначала на них, потом на Мэй.

— Пожалуйста. Это была случайность. И я сама виновата. Глупо и неловко.

— Я тебе не верю. – Я всматриваюсь в ее глаза в надежде разглядеть там правду.

— Ты и не должен. – Она поджимает губы и разворачивается, собираясь уйти.

— Ладно, хорошо. – Я делаю шаг в сторону, перекрывая ей путь, и поднимаю руки. – Прости. Давай найдем что-нибудь от ушибов, а потом просто погуляем. Молча.

— А может, побудем где-нибудь не на улице?

— Давай.

Так, думаем. Можно пойти к Гуо, вот только слух у старушки удивительно острый для ее лет, а мне хочется спокойно поговорить с Мэй. Можно неторопливо проводить ее домой, плутая по подворотням, но я пока что не хочу прощаться. Да и вдруг где-то у ее дома затаился Лицегрыз в костюме ниндзя? Совершенно ведь ясно, что сегодня он как раз оттачивал на ней свои удары. От мысли об этом мне хочется расквасить его уродливую физиономию. Я глотаю злость. Можно пойти на Базу. Папа точно еще на работе – он вообще всю неделю не появлялся дома раньше четырех утра. А как она уйдет, я устрою уборку, чтобы дома даже не пахло девчонкой.

Но если мы останемся вдвоем, есть риск лишиться мотоцикла… Хотя нет. Ничего подобного не будет. Просто дам ей лед для щеки, и мы поболтаем. И все.

* * *

Через пару минут Мэй уже заходит на Базу, держа в руке пакет с молоком и «Орео». Я застываю в дверях. Ни одна девушка, кроме тети Одри и бабули, не переступала этот порог. Это вообще первый раз, когда я провожу время с ровесницей, – не считая девочек из воскресной школы, которые заставляют меня помогать им печь печенье для пожилых. Эти в списке одобренных папой, потому что они любят Иисуса и помогают людям. Но ведь и я помогаю. Даже печеньем угощу – просто не пожилых. Не такая уж и большая разница. Так что наш с папой уговор остается в силе.

Мэй проходит внутрь, и я запираю за нами дверь. Девушка НА БАЗЕ. Где сирены? Где вспышки? Где мой здравый смысл? Он же был у меня, пока Мэй не позвонила. Хотя, если честно, с ней мне он как будто и не нужен. Я словно на автопилоте. Не знал, что у меня есть такая функция.

— Теперь-то дашь повидаться с Буддой?

Ее голос возвращает меня в реальность, и я начинаю суетиться. Ставлю пакеты на столешницу, хватаю из морозилки горошек, заматываю в полотенце и протягиваю ей: