Книга Чтоб ты подавился!, страница 7 – Виктория Браунли

К счастью, с годами ситуация изменилась. И, возможно, сегодня вечером изменится вновь.

Когда я посмотрел на Белль, она улыбнулась мне самой обаятельной своей улыбкой. Американка с восточного побережья, она пряталась за псевдонимом La Belle Vie^[4] – YouTube-каналом о французской еде, моде и культуре. Ее видео были такими популярными, что она стала любимой гостьей зарубежных медиа. Мы пару раз попадали на одни и те же ужины, и с ней было весело.

Также за столом сидел Кристофер, старожил парижской гастрономической сцены, который начинал как автор «Путешествия класса люкс» несколько десятков лет назад, когда сотрудникам еще выдавали деньги на представительские расходы и британские зануды ухитрялись потратить их до последней копейки. Он, как обычно, был в рубашке из мягкой джинсы и твидовом блейзере. К счастью, он сидел на другом конце стола, иначе я точно напился бы под его занудный гундеж.

Тут же был еще один американец – Чад? Чед? Чак? – которого я едва узнал. И, конечно, сидящая возле меня Хлои… Mon dieu, она что-то с чем-то. Глаза как черные озера в свете круглой луны. Хотел бы я в них окунуться. Голым.

«Сосредоточься, Генри», – одернул я себя.

* * *

Как только Хлои заняла последний свободный стул, в комнату вошел мужчина в элегантном костюме.

— Je m’appelle Max. Меня зовут Макс, – выпалил он в торопливой, высокопарной манере, словно у него были дела и поважнее, чем общение с нами. – Я работаю на мадам Дури.

Я уже встречал Макса и был в курсе, что он вечно занят. Хотел бы я знать, было ли что-то между ним и Карлой, что объяснило бы его манеру распугивать журналистов своим острым языком, но это было явно не моего ума дело.

Дядя Мишель говорил, что Карла любит, когда ее сотрудники напряжены и целеустремленны. Она не терпела идиотов и ратовала за субординацию – и это означало, что она, будучи главным боссом, требовала к себе полного уважения.

— Наверное, вы не догадываетесь, зачем мы пригласили вас сегодня вечером, – быстро продолжил Макс, переходя прямо к делу. – «У Дури» – самый любимый гурманами парижский ресторан. С 1970 года он удостаивался высших наград, и его обожают за классическую французскую кухню, где используют лучшие ингредиенты со всей заботой и вниманием к деталям. Блюда «У Дури» – сочетание блестящей работы поваров и калейдоскопа непревзойденных ингредиентов.

Казалось, будто он по памяти цитирует страницу «О нас» с сайта заведения.

Макс продолжил:

— Сегодня вечером вас ждут: первое блюдо – карпаччо из морских гребешков с корсиканским клементином – гибридом мандарина и апельсина. Основное блюдо – фирменное каре ягненка с садовой морковью от Карлы. А на десерт – a terte fine aux paises^[5] с великолепной клубникой.

Меню звучало потрясающе.

Чед – или как его там – поднял палец вверх.

— Значит, мы собрались лишь для того, чтобы отужинать? – спросил он с сильным нью-йоркским акцентом.

Очевидно, Чед был не из тех, кто любит долгие вступления.

— Что подводит меня к главному, – продолжил Макс, даже не посмотрев в сторону перебившего его американца.

Напряжение в комнате стало почти осязаемым.

— Мадам Дури хотела бы пообщаться с каждым из сидящих за этим столом по поводу своего нового писательского проекта, – махнув рукой, закончил Макс.

«Parfait!»^[6] – подумал я. Это был как раз тот поворот, на который я и рассчитывал.