Книга Вы всё жжёте! Часть 3, страница 39 – Бронислава Вонсович

Призрак только презрительно фыркнул и опять поправил манжет. Похоже, он успел проникнуться глубокой неприязнью к тому магу, если даже не попытался найти что-то общее с собой.

— Теоретически это мог быть очень сильный маг со сродством к магии смерти, — неожиданно предположил дедушка. — И он мог не увидеть, а почувствовать призрака.

— Робер, сейчас таких уже не осталось, — покровительственно возразил Франциск. — Магия смерти в последнее время не является уважаемой дисциплиной, насколько я успел заметить в академии. Ей обучают по остаточному принципу. Единственное, что им дозволяется, — устраивать мелкие фокусы, а ведь когда-то они водили армии нежити.

Я живо представила армию скелетов, командирами в которой ставили зомби, в чьих черепушках сохранялось хоть какое-то подобие мозгов. Одни скелеты совершенно неуправляемые и неповоротливые. Армия показалась не слишком вдохновляющей, да и вряд ли она могла быть успешной.

— Как хорошо, что это осталось в прошлом, — не удержалась я. — Магия дана человеку для счастья, а не для войны.

— Некоторые счастливы, только когда воюют, — отметил призрак. Со стола он слез и теперь опять висел рядом с нами, чуть возвышаясь, чтобы показать превосходство. — Такова человеческая природа. Впрочем, огонёк, ты права, что это осталось в прошлом и дружок Фаро всего лишь родственник мажонка.

— Или ваш, — напомнила я.

— Своих родственников я чую сразу, — отмахнулся Франциск. — Между нами возникает незримая нить притяжения, которую ни с чем не перепутать.

Шарль подавил смешок и, когда призрак подозрительно на него взглянул, представлял из себя уже образец серьёзности.

— Какая разница, чей он родственник? — не выдержав, рявкнул дедушка. — Важно, что он может быть для нас опасен. Вы хоть что-то разглядели, Ваше Величество? Или перетрусили настолько, что единственное, что вас волновало, — это выход?

Франциск от возмущения застыл, то открывая, то закрывая рот, так как с ходу не смог придумать достойного ответа, наконец решил сделать вид, что никакого оскорбления королевского достоинства не было.

— Выхода там не было, поэтому я его при всём желании видеть не мог. Что касается мага… Маг как маг. Голова, две руки. Перстень на одной, кстати, такой примечательный, из старинных, до Магических войн сделанный, — оживился Франциск. — Наверняка представитель какого-то древнего рода, что ещё раз доказывает, что он мне не родственник.

— Почему?

— Потому что такие перстни признавали только общую кровь.

— То есть, Ваше Величество, вы не запомнили лицо, но до малейших подробностей запомнили перстень? — с изрядным скепсисом уточнил Шарль. — А не преувеличиваете ли вы, что называется, с королевским размахом?

Франциск окончательно оскорбился и столь величаво выплыл из лаборатории, что появилась надежда, что он пообижается хотя бы пару часов.

Дедушка присел на табуретку и задумчиво потёр лоб.

— Так ли нам нужен этот таинственный маг?

— Любой сильный маг — лишний, если планируется ограбление хранилища Совета. И не просто ограбление, а подрыв.

— Подрыв? — поднял на него голову дедушка. — Какой ещё подрыв?

— Во-первых, чтобы замаскировать, что мы оттуда что-то утащили. Во-вторых, в целом ослабить Совет, что нам нужно едва ли не больше, чем снять Николь третий блок. Ну и в-третьих, соседние хранилища наверняка сдетонируют и мы получим прекрасное зрелище, ничуть не хуже, чем наблюдали сегодня. Даже более яркое, громкое и величественное. С королевским размахом, в полном смысле этого слова.