Книга Яблоки преткновения, страница 69 – Бронислава Вонсович

— Никак, – огрызнулась я. – Мы говорим о призыве, а не о брачных играх.

— Я чего-то не знаю? – проницательно уточнила Линда.

— Беатрис странно себя повела в одно из дежурств Кристофера, и мы хотим выяснить почему, – ответила я, стараясь не раскрыть чужой секрет.

— Призыв мог ей показаться? – предположила Линда.

Чайник как раз закипел, и она захлопотала, заваривая чай, поэтому не видела, насколько скептическую физиономию состроил Майлз. И я его понимаю: тогда выходило, что Беатрис настолько расстроилась, не найдя самца мантикоры в нужном месте, что утешилась, только отгрызши кому-то руку. Но встаёт вопрос, куда делось остальное тело? Сожрал пришлый ненайденный мантикор? Вместе с внутренностями и костями?

— А как мантикоры относятся к костям? – прямо спросила я Майлза.

— Никак. Это вам не собаки, – мрачно ответил он. – Мясо с кости сгрызть может, но саму кость не трогает. Даже играть не будет. Для игры она предпочитает что-нибудь мягкое, лёгкое и пушистое, а кость – тяжёлая и твёрдая.

— Какой у вас странный разговор, – внезапно сказала Линда. – Мне кажется, часть реплик отсутствует. Или я не понимаю, о чём речь.

— Даже не переживай, – бодро сказал Майлз и опять потянулся к корзинке, которая манила его куда сильнее, чем необходимость решать проблемы мантикоры. – Я иногда сам не понимаю, о чём говорит Сильвия. Мы, конечно, говорили о Беатрис до твоего прихода, но ни о каких костях речь не шла.

Распаковывал он мою корзинку безо всякого смущения, словно всё это было принесено для его ублажения. Сразу ухватил маленький пирожок и зажевал с увлечённым видом. Но всё это было лишь отвлекающим манёвром: Майлз не хотел посвящать в проблемы Беатрис ещё одного человека да и не знал он больше того, что уже сказал. А значит, дальнейшие расспросы бесполезны.

Линда столь усердно потчевала Майлза, что я могла совсем не заниматься гостем и невольно подумала, что подруга не так равнодушна к нашему красавчику, как показывает. Тот заботу принимал с радостью, налегал на еду с таким усердием, словно тётушка его не кормила дома вовсе, и ничем не давал понять, сколь был ему неприятен разговор, не так давно состоявшийся между нами.

— Ой, Сильвия, совсем забыла, – неожиданно спохватилась Линда. – Я вчера встретила инору Карр, и она сказала, что раздумывает, не согласиться ли на предложение Галлахер о совместной разработке. Наверное, та её совсем достала: ходит чуть ли не ежедневно и ноет.

— Галлахер – это та, что с растениями? – немного невнятно из-за набитого рта уточнил Майлз. – Тогда понятно, что её неймётся. Растения финансируют хуже всего, а на совместные разработки выделяют дополнительные деньги. К нашим она тоже подходила, завкафедрой попытался неявно отказаться, предложив вариант изучения фекалий после кормления магически изменёнными растениями. Он был уверен, что дама оскорбится и нас покинет, но не тут-то было, она заявила, что тема весьма перспективная, нужно только решить, как подать, потаскалась к нам с неделю, а потом всё-таки разругалась с нашими и гордо удалилась. И хорошо, – неожиданно закончил он, – Беатрис эту Галлахер терпеть не может, всегда шипит, когда та появляется.

— Шипит? – удивилась Линда. – Но Беатрис такая ласковая, я не помню, чтобы она на кого-то шипела.