Онлайн книга «Ведьмин дар»
|
И пусть в семье все старательно косили под айсберги. А вопрос «это что за «сопли»?» передавался из поколения в поколение вместе с ужасающим неумением выразить свои чувства – даже обычную радость от встречи. Но и от этого я тоже устала. И, подковыляв к маме, обняла её изо всех сил. — Мам, молчи, – весело предупредил брат. – Вопросы про «сопли» нынче неактуальны. — Зато напоминание о чае – очень даже, – хладнокровно отозвалась мама. – Андрей, поддержи её слева. Аделина, вперёд. И бодрее, бодрее. Ты же не умирающий лебедь. А выздоравливающий. Новости интересуют? — Спрашиваешь, – воспрянула я. Новостей было прискорбно мало, но я не расстроилась. Куда важнее очутиться в кругу семьи – впервые за дар знает, сколько лет, и пить чай, и видеть их живыми. И впервые позволить себе забыть о страхе – и за них, и за себя. Так называемая битва за приют оказалась, по рассказам очевидцев, короткой и за считанные минуты решённой заклинателями. Как только наблюдателей лишили поддержки нечисти – а парочка стародавних не только за «вороном» отправилась, но и за «китёнком» собралась, – кончились и все смельчаки. И мама, подозреваю, добавила «пыла», накрыв вражий стан волной страха. А наблюдатели – это наблюдатели, это в большинстве своём кабинетные деятели и подковёрные интриганы, которые замечательно заплетают мозги, но совершенно не умеют драться. Особенно с Верховными ведьмами и мёртвым кругом. — Очень вовремя заклинатели сделали окончательный выбор в пользу ведьм, – сухо резюмировала мама, помешивая в огромной кружке крепчайший чёрный кофе. – В последние годы мне не нравились беседы их верхушки о договорах с наблюдателями. — А кто-нибудь из них в курсе, что мы этот выбор и организовали, подбросив несколько мумий? – я посмотрела на неё через стол. — В курсе, – кивнула она, – Игорь понял и наверняка проболтался. Но он также понял, что мы предъявили миру доказательства. Ругался, что поздно. — Не хватало ещё, чтобы заклинателей тихо перебили по одному, как убирали мешающих нас, – я качнула головой. – Всё вовремя. И их наверняка подкупали работой со стародавней нечистью. Они же повёрнутые. Увидят новую нечисть – обо всём на свете забывают. Пока было, на что купить, их берегли, а если бы заклинатели встали на позицию твёрдого и решительного «нет»… Они уязвимее перед наблюдателями, чем ведьмы. У нас хотя бы защитные амулеты есть. — У всех есть слабые места и болевые точки, – мама поджала губы. – К нашим «подсказкам» заклинатели отнеслись с пониманием. В большинстве. Но я ещё побеседую с ними отдельным образом, чтобы исключить недомолвки и недопонимание. С каждым, если потребуется. Я вспомнила об Илюхе и поняла, что не хочу об этом думать. Не сейчас. Он, конечно, поймёт. Но я всё равно огребу. Ибо знала. С самого начала. Наверно, не зря он обходит меня стороной. Но Земля-то квадратная, а приют – крошечный… Приехала папа. Зашёл с Русей на плечах, помыл руки и сел к столу. Ребёнок с дедушкиных плеч слезать отказался наотрез, а дедушка не возражал. Посмотрел на меня, улыбнулся одними глазами, и я твёрдо решила, что обниму. Не сегодня, так завтра. Придерживаться традиций – хорошо, но менять их иногда, да в лучшую сторону, – полезно. Новостей больше не стало. Папа обмолвился, что наблюдатели всё отрицают, приводя миллионы доказательств за подписями и с печатями, но, как я поняла, главные наши аргументы в бой пока не вступили. Представители ведьм провоцировали противника и вынуждали его вывернуть перед всем магическим миром свои закрома. И как только основные наблюдательские доказательства кончатся… |