Книга Хозяйка Красного кладбища, страница 4 – Дарья Гущина

«Должны», – признал Ярь.

— А вспышек силы на днях не случалось? – я задумчиво оперлась о посох.

Острова ею полнились. Сила могла в любой момент забить из-под земли фонтаном, застывая мелкими полезными огоньками, впитываясь в растения или предметы. И заодно уничтожая наши защитные и сонные наговоры.

«Я не почувствовал, – отозвался помощник. – Но проверю».

Я прежним путём спустилась вниз и попросила:

— А перечисли-ка мне неспящих. Загляну завтра в их склепы – может, были мелкие вспышки, без выброса на поверхность, и знаки на отходных столах стёрлись. Покойники-то на них жаловаться не будут – им в радость погулять и поболтать.

Ярь быстро перечислил и улыбчиво добавил:

«Со знаками быстрее кончай. Тут тебя дело ждёт».

— Какое? – насторожилась я. – А ну-ка покажи.

На навершии посоха засиял алый шар. Мигнул, стал прозрачным – и показал. На одном из мелких островков между моим Пятым и Шестым (Чёрным) кладбищем, на узкой и пологой его маковке, прыгал лохматый темноволосый парень и во всю глотку орал:

— Рдяна! Рдянка! Я здесь! Забери меня отсюда! Рдянка!

«Почитай, с полчаса верещит, – весело свистнул Ярь. – Спасём?»

— Рдянка! – надрывался парень.

Печально знакомый. За два с лишним года я сняла это стихийное бедствие, именуемое Саженом, со всех окрестных развален, деревьев и островков. Почти со всех. Их же тут, вокруг Западных островов, сотни. Одному определённому ищейцу есть где разгуляться.

Как ищеец Сажен мог, взяв след, пролезть куда угодно, даже в тайник смотрителей Чёрного кладбища однажды просочился. А мы с Мстишкой, дочерью тамошнего старшего смотрителя силда Дивнара, едва подоспели на помощь и спасли Сажена от очень страшной смерти. Силд Дивнар имел полное право прикончить нарушителя на месте, и Мстишке даже пришлось врать, что они с ищейцем встречаются, и это ради неё он пролез в дом, да ошибся дверью. За что Сажен потом отдельно получил – по наглой морде своим букетом и посохом младшего смотрителя по хребту. Хотя нет, от посоха он увернулся, зараза.

— Конечно, – я снова вспорола посохом землю. – Не то докричится до того, что силд Дивнар его всё-таки покалечит. Прикончить ищейца на задании вроде бы нельзя, но вот покалечить… Или сам допрыгается. Знаки отменяются. Я быстро. Ты пока присмотри за ним.

И место-то какое выбрал – скала десять на десять шагов плюс древнее дерево… А дальше – короткое, но незабываемое падение со скалы. Прямо на Клыки. И вот после этого он уже сам ко мне приползёт – и точно беспокойником будет, с его-то непоседливой натурой и развитой ищейской силой. Нет, не надо мне такого счастья.

«Смотрю», – сообщил Ярь.

Так, я наверняка докричусь до Сажена с южной стены кладбища – там и метка моя есть… Пока вне кладбища я умела протягивать «мосты» с места на место лишь так – по своим меткам. Но я расту и учусь. И научусь. И когда-нибудь найду время доотметить неучтённое. На всякий случай. Но кто бы знал, куда этот неуёмный ещё полезет – и куда же тебя завтра занесёт, ищейка ты… чрезмерная.

На кладбищенской стене, высокой и широкой, я первым делом застегнулась и накинула на голову капюшон – здесь солёный осенний ветер пробирал до костей. Но, к счастью, дул в нужном направлении. До Сажена – триста шагов. Тех самых, с Клыками – узкими острыми скалами, о которые зло бились, вскипая грязной пеной, тёмные волны.