Книга Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается!, страница 41 – Лия Юмай

Я с трудом распахнула глаза, мои ресницы слиплись от слёз.

Мы до сих пор в “Серебристых утёсах”. Крау сегодня спал на диване в номере, где между гостиной и спальней нет двери. Крау, обычно такой безупречный, сидел на краю моей кровати с непривычно растрёпанными волосами. Его ладонь сжимала мою руку

За окном брезжил рассвет.

— Простите, что разбудила, — пробормотала я, пытаясь прийти в себя. — Мне снился кошмар.

— Неужели? — поддельно удивился Крау. — А я думал, вам райские кущи привиделись! — Большие пальцы провели по моим щекам, стирая следы слёз. — Вы кричали про нож...

Я поднялась, поправляя волосы. Всё равно скоро вставать.

— Да... Эта фраза Селин меня преследовала всю ночь. “Нож вошёл так легко, будто он резал масло...”

Прогоняя ночной кошмар, я тряхнула головой.

— Знаете что, госпожа Лаиш? Уверен, ваша интуиция следователя не подводит вас. Селин определённо лгала.

— Надеюсь, Реми уже задержан. Я отправила магическое письмо господину Велору ещё вчера. Надо обыскать дом Гарденсов.

Крау одобрительно кивнул.

— И госпоже Гарденс лучше не показывать, что мы не поверили ей.

...

В десять часов утра мы уже вернулись в Лорвен.

Начальник полиции Эммет Велор, как и предполагал Крау, пребывал в состоянии разгневанного быка, готового броситься на любого.

Первым делом он хлопнул по столу ладонью:

— Это самоуправство, госпожа Лаиш! Ни в какие рамки просто не входит! — его ноздри раздувались. — Я знаю, кто вас надоумил без моего одобрения ехать в Сорбит!

Глаза сузились, уткнувшись в фигуру Крау, с невозмутимым видом подпирающего дверной косяк.

— Позвольте возразить, господин Эммет... — начала я.

— Не позволю! — как только у него рука не болит от этих хопков по несчастному столу.

Но я была настроена решительно, и, слегка повысив голос, продолжила:

— Господин Эммет, дело не требовало отлагательств. Если бы я дождалась начала рабочего дня, чтобы спросить вашего разрешения, мы опоздали бы на поезд. Менталист Арт Дан Яр завершил бы свои сеансы, и никто бы не узнал правду!

— Какую правду, госпожа Лаиш? Кто ранил ножом вашу подругу? Вы полагаете, это столь важно, если она погибла совсем от другого?

— Это гораздо важнее, чем кажется на первый взгляд. Мне нужно разрешение на обыск в доме Реми и Селин Гарденсов, — я произнесла это, не отрывая взгляда от налитых кровью глаз Велора, но ужасно хотелось зажмуриться в ожидании новой тирады.

Однако Велор замолчал. Он тихо забарабанил пальцами по столу. Я знала: он взвешивает риски.

— Сгорел алтарь, гори и храм! — махнул рукой Велор, вытаскивая из стопки чистый лист с гербовой печатью. — Наворотили вы дел, госпожа Лаиш. Реми и Селин задержаны. Назад дороги нет. Если вы не найдёте при обыске ничего важного, скандал гарантирован.

— Но Селин призналась! То, что проклятие “чёрное сердце” убило Бекки быстрее, чем ножевое ранение — чистая случайность. Реми Гарденс — убийца.

Велор закончил писать и морщась, потёр виски.

— Посмотрим, госпожа следователь. Ступайте с глаз моих. Вечером с докладом ко мне.

Его перо с треском воткнулось в чернильницу, будто ставя точку в нашем разговоре.

...

Через тридцать минут по дому Гарденсов уже сновали полицейские под недовольным взглядом знакомой нам горничной Мэг.

С трудом мне удалось усадить её на кухне для допроса. Рэмонд поглядывал на неё с недоверием, наверное, помнил, как она гонялась за ним с полотенцем.