Книга Пернатый страж, или Осторожно, мой ворон кусается!, страница 103 – Лия Юмай

Он вскинул руку, от его ладони метнулась тень, так крепко схватив за запястье Арта, что шкатулка выскользнула из его рук, и снова стала вращаться в воздухе.

Внутри всё горело и рвалось на части, мне казалось, что любое движение шкатулки, Бранса или тени за его спиной дёргает за невидимые нити, привязанные к моему сердцу, заставляя его корчиться в предсмертных муках. Я поймала полный горечи взгляд Акселя, едва заметно он мотнул головой в сторону факела.

«Что он хочет? Чтобы я освободила его? Сожгла шкатулку?»

Артефакты не горят. Не вполне уверена, что хотел от меня Аксель, я, однако, понимала, что действовать надо быстро. Схватив факел, я бросила под самые ноги судье, и полы его длинного пальто тут же загорелись. Тень, державшая руку Арта, исчезла, потеряв на мгновение контроль хозяина.

Арт тут же воспользовался замешательством, схватил шкатулку и открыл крышку. Приглушённый красноватый свет залил всё помещение.

Дух, помогавший в этот момент Брансу гасить охвативший его огонь, возник перед Артом, приняв форму размытой и колеблющейся человеческой фигуры.

— Приветствую тебя, новый хозяин, — голос духа был похож на жуткий шёпот десятка голосов одновременно. — Подпишем договор? Старый, утратил свою силу в тот миг, когда ты открыл шкатулку, окроплённую твоей кровью. Ты полон такого вкусного, жгучего отчаяния и амбиций.

Бранс, сбив наконец пламя, выпрямился. Его лицо, впервые за вечер, исказила не маска, а подлинная, бешеная ярость.

— Вернись! — проревел он.

— Поздно, старик! — злорадствовал Арт, крепче сжимая шкатулку, из которой лился зловещий свет. — Теперь он мой!

«Что я наделала? Просто сменила одного убийцу на другого?» — с отчаянием пронеслось у меня в голове.

— Вы арестованы, господин судья!

И в этот момент из темноты за дверью, где ещё секунду назад никого не было, раздался чёткий, стальной голос:

— Вы арестованы, господин судья. Не двигайтесь.

Алькон Мрак появился в комнате, как призрак. Он не вбежал — он возник, будто всегда стоял там, в тени. Его трость, мерцавшая холодным синим светом, была приставлена к спине Бранса. Судья выгнулся от неожиданной и глубокой боли, которая явно шла не просто от удара, а от самой магии трости.

Из-за спины Алькона, в облике ворона, в комнату ворвался Рэмонд. На лету он превратился обратно. Арт шагнул в угол, прижимая шкатулку к груди.

— Договор! Я подписываю…

— Арт, постой! — мой голос, сорвавшийся и хриплый прервал его. — Ты же менталист. Ты привык властвовать над самой сутью человека. Неужели ты и правда хочешь стать… орудием? Посмотри на Бранса! В кого его превратил дух? В жалкого убийцу! Думаешь, судья сам захотел убивать? Эта тварь будет влиять на тебя. Это ты станешь рабом духа, его пропитанием, а не он будет тебе служить!

Арт замер. Его взгляд, полный жадного триумфа, на миг дрогнул, устремившись не на духа, а куда-то внутрь себя.

— Подпишешь договор — и ты перестанешь принадлежать себе, — я говорила, давясь болью, но слова лились сами, подсказанные внезапной, ледяной ясностью. — Разве твой великий предок, Дан Яр, зря избавился от этой шкатулки? Разве он не был бы до сих пор жив и всемогущ, если бы она была таким уж бесценным даром?

Дух, казалось, сжался от ярости. Его форма заколебалась сильнее. — Не слушай её! Она слаба и боится силы! Она пытается лишить тебя твоего наследия!