Книга Ведовская. Говорящая с тенями, страница 12 – Анна Лерн

Он замолчал, давая мне возможность прочувствовать перспективу. А я смотрела на свои руки, лежащие на коленях. Чистая кожа, никаких шрамов. Я была физически совершенна и абсолютно беззащитна.

— Вы же не хотите остаться без поддержки в мире, который к вам не просто чужд, а враждебен? - мягко, почти по-отечески продолжил обер-прокурор. - Под моим личным покровительством вы получите всё: кров, защиту, статус. Взамен я прошу лишь об одном - чтобы ваш дар работал на благо престола.

— А если я откажусь? – я с вызовом взглянула на него.

Победоносцев позволил себе едва заметную усмешку.

— Татьяна, вы только что вышли из бани в одной исподней рубахе. Вы не знаете ни дорог, ни людей, ни того, что за пределами этого скита вас ждёт патруль, который подчиняется лично мне. Выход отсюда только один - в новую жизнь. Или в небытие. Вы умная женщина. Сделайте рациональный выбор.

Я смотрела в его холодные умные глаза и чувствовала, как внутри щёлкает невидимый тумблер. Все эмоции нужно упаковать в герметичный контейнер и задвинуть подальше. Оставить только логику.

Победоносцев загнал меня в угол. И сделал это мастерски. Если, конечно, я не витаю в своих больных фантазиях и всё происходящее реально… В чём я ещё продолжала сомневаться. Спорить с этим человеком сейчас - это как пытаться остановить лавину. Бесполезно и смертельно опасно. Значит, нужно сделать рациональный выбор.

Скажу «нет», моя биография в этом времени закончится, не успев начаться. Меня либо убьют, либо, что вероятнее, упекут в жёлтый дом. Победоносцев прав. Я никто. Меня нет. Но он сказал, что меня выдернули ради какой-то там службы. Значит, я - ресурс. А ими, ресурсами не разбрасываются, если они работают исправно.

Я медленно выдохнула, расслабляя сжатые кулаки. Гордость - роскошь, которую я не могла себе позволить. У меня сейчас имелась одна задача - выжить.

— Я принимаю ваши условия. Не потому, что горю желанием спасать Империю, а потому, что у меня нет выбора.

Победоносцев едва заметно кивнул, и его улыбка стала чуть менее хищной.

— Отлично, Татьяна Фёдоровна.

— И что дальше? - спросила я, глядя, как он разглаживает невидимые складки на сюртуке. - Выдадите мне табельное оружие, казённый паёк и отправите ловить призраков по подвалам Петербурга?

— Шутите… Это хорошо… - хмыкнул обер-прокурор. - Вы останетесь здесь. В скиту. Вам нужно пройти науку.

— Какую ещё науку? – я вскинула на него настороженный взгляд.

Победоносцев прошёлся по комнате, заложив руки за спину.

— Прежде чем выпустить вас в пир и мир, надобно привести в соответствие с эпохой. Вы говорите странно, двигаетесь резко, смотрите дерзко. В приличном обществе вас через пять минут примут за сумасшедшую или беглую каторжанку. Вас нужно учить даже манерам, милая барышня. Как держать спину, как говорить...

Он остановился и посмотрел мне прямо в глаза. На секунду в его взгляде промелькнуло что-то похожее на сочувствие.

— Не легко вам придётся… Но самая главная задача - помочь управлять вашим даром. Вы ведь не хотите, чтобы каждый неупокоенный крестьянин использовал вашу голову как исповедальню? Здесь научат вас ставить заслоны.

— А если я не хочу учиться у монахов? - буркнула я, понимая бессмысленность вопроса.

— Это не обсуждается, - отрезал он. - Ну и, разумеется, иноки сами решат, какие ещё дисциплины вам понадобятся для укрепления духа. Труд облагораживает, раба божья Татьяна. А послушание лечит гордыню. Считайте это курсом молодого бойца.