Онлайн книга «Ведовская. Говорящая с тенями»
|
В дверях бесшумно вырос метрдотель, и Северский коротко бросил, не глядя на меня: — Проводите госпожу к экипажу. Внутри всё дрожало от обиды и недоумения, но гордость взяла верх. Не проронив больше ни слова, я поднялась и вышла из кабинета. Мне казалось, что я иду сквозь густой туман. Звуки музыки, звон хрусталя, смех - всё это сливалось в нестройный гул. Сердце колотилось, как безумное, а мысли путались, сбиваясь в беспорядочный ком. Что я сделала не так? Что за странная реакция? Холодный ночной воздух города немного привёл меня в чувство. Швейцар распахнул дверцу экипажа, и я опустилась на мягкое сиденье. И тут меня пронзила внезапная догадка. Северский почувствовал печать! Он ощутил ядовитое дыхание Вальмонта, исходящее от Печати Чёрной Луны. Клеймо чужого владения. Теперь я его враг. * * * Что ж... Значит, таков мой крест.Я сидела в своей спальне у окна, сжимая в пальцах тонкую ножку бокала. Вино в нём казалось чёрным в тусклом свете луны. Что, если всё рассказать Северскому? От начала до конца. Но ледяная реальность отрезвляла. Я служу Империи. Моя жизнь принадлежит не мне, а короне. А без этой ключевой детали любая моя исповедь превратилась бы в нелепое оправдание... Я снова и снова прокручивала в памяти слова графа: «Мой отец не знал милосердия, он был тем, кто восстал против небесного порядка, чтобы править хаосом.». Он намекнул, что является… — Ma chère... Прошу прощения, что осмеливаюсь беспокоить вас в столь поздний час, - раздался за спиной тихий голос, прерывая мои размышления. Я вздрогнула и обернулась. В полумраке спальни, едва заметно мерцая, стоял Адам. — Нет-нет, поручик, - я заставила себя улыбнуться, - я всегда рада вам. — Как прошел ваш вечер, ma chère? — А разве вы не были рядом? - я искренне удивилась, ставя бокал на столик. — В этот раз нет, - ответил он тихо, и в его голосе прозвучала такая беспросветная печаль, что мне стало не по себе. - Сегодня я был в Коломне. В том жутком месте, где доживает свои дни семья Назимова... То, что я увидел сегодня... это ужасно… Стало намного хуже. Елена совсем больна. Её пальцы исколоты иглами, она шьёт почти на ощупь в этой тёмной сырой конуре. А Варя надрывается с утра до зари. И всё это моя вина. Я поднялась и подошла к Адаму. Мне хотелось коснуться его плеча, поддержать, но, увы, это было невозможно. — Нельзя изменить прошлое… Но можно исправить настоящее. Почему вы пошли туда именно сегодня? Он поднял на меня взгляд, полный муки: — Потому что сегодня годовщина той ночи на Морской. Я должен как-то искупить это, Татьяна. Иначе я никогда не обрету покой… — Хотите, я поговорю с этими бедными женщинами? Возможно, они найдут в себе силы для прощения, если увидят искреннее раскаяние… Пусть и через меня. И я постараюсь помочь. Может, стоит привлечь графиню Стречину? У нее есть связи в благотворительных комитетах, она сможет устроить Варю в приличное место… — Послушайте, ma chère… - поручик как-то неловко замялся. - Есть кое-что ещё... У меня остался тайник. Там приличная сумма в золотых монетах и несколько ценных бумаг на предъявителя. Этих денег с лихвой хватит, чтобы выкупить Елену из той долговой ямы, в которой она оказалась, и обеспечить Варе приданое. — Но почему же вы молчали до сих пор, Адам?! – изумлённо воскликнула я. – Мы могли бы помочь им раньше! |