Книга Сундучок мертвеца, страница 98 – Дарья Гущина

— Или уже?.. — я похолодела и судорожно сжала ремень сумки. — Лед говорил, с тех пор как появились трущобы, люди в городе чаще болеют, у них упадок сил... И чем ближе жилые витки к трущобам, тем больше случаев, а чем дальше — тем люди здоровее?

Бреннар качнул головой:

— Нет, пока — всё-таки ещё. И практически все болезни — среди тех, кто по разным причинам задерживался в трущобах на некоторое время. Они высасывают жизненные и чудотворные силы, но не до смерти и лишь среди трущобных. Смотрители Бытия не в курсе, и я прошу вас никому по старой дружбе ни о чём не рассказывать.

— Почему? — я насторожилась.

— Бытийцы — крайне беспокойные ребята, — пояснил сосед. — Как вам неймётся с новой идеей, так и им неймётся, если где-то что-то гибнет от недостатка живой силы Бытия. Как ни проси, они наводнят трущобы — и вспугнут того, кто всё это устроил. Мы сразу взяли в свои руки изучение трущоб как места прорывов Небытия и подбрасываем бытийцам необходимую полуправду — во избежание. Договориться с ними о таких вещах, как гибель земли, почти нереально. Приказывать им мы не можем. Управа бы смогла поддавить, но, как вам известно, она в делах Сергорода давно не участвует. Мы наблюдаем за трущобами с самого начала, все эти десять лет. Если они начнут убивать, если мёртвой земле станет тесно в своих границах, мы примем меры.

Я вдохнула, выдохнула и кивнула:

— Да, между нами, — и не удержалась: — Как у вас получается лгать смотрителям?

— Я вообще много чего могу, — беспечно отозвался Бреннар и призвал посох. — Ещё есть вопросы? Нет? Тогда идём.

Извините, силд Мирнар, не попрощаемся...

— Это кто-то из своих... — я зябко поёжилась.

— Определённо, Маля, — сосед начертил чёрную полосу «моста». — Из своих и для вас, и для силда Мирнара.

Я первой шагнула на «мост» и вышла в прохладном сумрачном коридоре. Кабинет силда Кремена — в самом конце. Не дожидаясь Бреннара, я поправила сумку и побрела к кабинету. И минуты в храмовой тишине мне хватило, чтобы выстроить простую логическую цепочку.

Десять лет назад появились трущобы, в которых некто постоянно призывает Небытие.

Семь лет назад погиб отец.

Первые два года существования трущоб он работал ремесленником.

Третий год существования — внезапно подался в смотрители Небытия, чего-то очень боялся, да ещё и явно подсел на «запрещёнку», чтобы повысить уровень силы.

Примерно семь лет в моём доме зреет некий вероятный «проект», связанный одновременно и с Небытием, и с ремеслом.

Связано ли это с мёртвой землёй трущоб и опасностью для города? Почти уверена: да. Отец никогда не отказывался от изучения неизвестного. Он наверняка заинтересовался трущобами. Даже слишком. Жизнью рискнул — и проиграл. Но прежде успел и создать нечто важное, и защитить своё творение. Как минимум.

Осталось узнать, что это. Для чего. И чем я рискую, владея отцовским сундучком и обитая в одном доме с «проектом» и его вероятной хозяйкой.

«А всего-то нужно было кое-кому кое с чем вернуться домой, да?»

Отличный намёк, Бреннар. Спасибо. Я услышала. И поняла: знаки из сундука — как хлопанье входной двери. Они насыщены силой через край — и дают знать тому, кто следит за домом: кое-что началось. Или продолжилось.

Конечно, смотрители Небытия знают больше, чем говорят. Вопрос в том, посвятят меня в эти тайны или же, как Тайя, сочтут, что незнание — лучшая защита от неприятностей.