Книга Сундучок мертвеца, страница 97 – Дарья Гущина

Кляксы исчезли.

— Такой же, как ты? — Леден убрал посох и нахмурился.

Бреннар опять ощупал взглядом несчастное окно и пожал плечами:

— Примерно. Я бы смог. Силд Кремен тоже. Сильный и развитый старший смотритель точно. Или, — ощупывающий взгляд переместился на меня, — кто-то очень устойчивый к Небытию. Необязательно в высоком звании, запечатать может и младший, это просто. А вот так долго продержаться у порога Небытия — нет.

Я уже добралась до стола, глянула на испещрённый знаками разворот, стянула справочник и напомнила:

— Мой род потомственных смотрителей не единственный. Только на Серых островах я знаю с десяток родов вроде моего. И у меня много дальней родни. Очень много. Но кто из них продолжает семейное дело — не в курсе. Я вообще из родни почти никого не помню. Здесь родственники всегда быстро появлялись и исчезали, а потом меня двадцать лет не было в Сером городе. И пока я жила на Ремесленных островах, нами с мамой никто не интересовался.

— Маля, закройте, — ровно попросил Бреннар и протянул руку. — И отдайте. Вы же знаете, какую опасность таят послания мертвецов. Если ваш отец повредился рассудком, тут может быть и порча, и проклятие. Отдайте.

Я с сожалением закрыла справочник и уточнила:

— К силду Кремену?

— Немедленно, — кивнул сосед.

— Поговорю с силдом Мирнаром, — Леден достал из кармана плаща кошель с деньгами и оставил на столе. — Это кухня для самых близких его друзей. Посторонним сюда не попасть. Мне как действующему смотрителю он точно не солжёт и всех вспомнит. Брен, пришлю список или загляну к тебе вечером. Малёк, не раскисай, — и улыбнулся.

Накинул плащ, подмигнул мне и был таков.

Бреннар взял свой плащ и весело повторил:

— Малёк?

— Да придушить бы его за это прозвище... — я досадливо покраснела. — Но убийство — это же грех, а меня приучили заботиться о душе.

Сосед понимающе усмехнулся — видимо, и его Леден чем-то допёк, — оделся, спрятал справочник во внутренний карман и взял мой плащ.

— Скажите, а не проще ли стереть послание? — я повернулась и сунула руки в рукава. — Я же не сразу вспомнила. И могла не вспомнить вообще.

— Следы мертвеца остаются надолго, — Бреннар натянул плащ на мои плечи. — Для посланий используется грубая потусторонняя сила Небытия, такие быстро не стереть. Никому. Даже торопливые письма остаются на века и в одном месте — там, где их создали. Послания можно только распечатать и забрать. Или сделать оттиск и снова запечатать — теми же наговорами, что использовал мертвец. Неизвестный решил не рисковать и оказался прав. Но не слишком внимателен.

Я застегнула плащ, сняла с вешалки сумку, полную ношта, вспомнила трущобы...

— А ведь вы снова солгали, — я повернулась, подняла голову и посмотрела в тёмные глаза соседа. — Вы солгали, что в трущобах нет ничего интересного. Есть. Так ведь?

— Допустим, — Бреннар улыбнулся. — Что именно вас встревожило?

— Не знаю, — я наморщила нос. — Я не понимаю, что это... и как это объяснить. Но там... словно другой мир. Что-то там не так, как здесь, на жилом витке. И дело не в отсутствии людей, птиц или растений. В другом. Но я не понимаю, в чём.

— Между нами, да? — он снова понизил голос. — В земле трущоб больше нет жизни, Маля. Там не приживётся ни одно растение, а вода и воздух в любой момент могут стать ядом для живых. Другой мир, вы снова правы, — мир смерти. Пока это мёртвая земля. Но однажды она может начать убивать.