Книга Сундучок мертвеца, страница 78 – Дарья Гущина

— У меня есть, — посмурнел Бреннар.

— Ну и всё, — я снова тихо зевнула в кулак. — Приходите после туманных штормов — начнём.

— Я и в шторма могу, — небрежно отозвался он, направляясь к выходу в коридор. — Тут идти-то... через две ограды.

Я почему-то покраснела. Дались ему эти ограды! Я до часу ночи отцовские бумаги разбирала. Немного сообразишь после бесконечных заметок и поспав часа три.

— У меня очень много работы, — я поджала губы.

— Прошу прощения, — из тёмных глаз соседа плеснуло смехом.

Я фыркнула и достала амулет, сняла защиту с дома и сада. И на веранде собралась с духом, чтобы снять плащ. Нет, не потому сложно, что в нём тепло. А потому что...

— Оставьте себе, Маля, — Бреннар вышел на крыльцо, оглянулся и улыбнулся. — Вы соскучились. Посчитайте до десяти и закрывайтесь. Доброго утра.

И исчез в тумане.

Да. Я снова запахнулась в плащ. Всё те же тёплая шерсть и тёмно-коричневый цвет, всё тот же землистый запах силы Небытия, всё тот же больше моего размер — рукава ниже кончиков пальцев, полы ниже колен, внутри две меня поместятся.

Такими же были плащи мамы и бабушки. Когда бабушка ушла, меня из её плаща не могли выманить седмицами. Я в нём и ела, и спала... Жила. Пока боль не утихла. А потом история повторилась, но уже с маминым плащом. До сих пор жалею, что при очередном переезде избавилась от него, как и от всех её вещей. До сих пор иногда хочется закутаться в плащ... и поскучать.

Закрывшись, я с минуту побродила по мастеровому коридору, разрываясь между двумя одинаково острыми желаниями — немедленно лечь спать и проверить, выдержит ли ношт. Выстоит ли чудесный камень, если в него быстро и большими порциями влить силу младшего смотрителя. А среднего? А «штормовой» ношт?

Нет, так нельзя...

Я остановилась и сердито тряхнула головой. Ещё же Тайя. Скоро завтрак. Кстати, я бы тоже поела. Ладно, пока варится каша, подберу Тайе книги и нашпигую обработанные заготовки иглами с нужным количеством силы. Если на первых замерах в руках Бреннара развалятся все проверочные артефакты, то я должна иметь запасные варианты. А лучше загодя подобрать такой, чтобы не развалился. Проверочных артефактов у меня немного, а новые делать долго.

Нутром чую, не подойдёт ношт. Слабоват. А из разрешённых лучше него ничего нет. Значит, интересная «запрещёнка».

Ух, какое дело — сама себе завидую...

Два дня дома было тихо и спокойно, лишь за окном выли раненым зверем туманные шторма. Они накатывали белыми валами, от их силы дребезжали стёкла и вздрагивал дом, а по коридорам гуляли ледяные сквозняки. Но древняя защита отцов-творцов, вшитая в каждый камень, не подводила — проходя сквозь неё, туман становился обычным туманом, а ветер терял разрушительную силу. И даже сад сильно пострадать не должен — защита обволакивала всю территорию за оградой от земли до самой высокой древесной макушки. Во всяком случае, раньше не страдал — отделывался десятком сломанных веток.

Горюша спал. Я перенесла его в сундук побольше, три раза в день чистила его бытовыми наговорами и подливала через щели воды. Большего ему не требовалось — только сон в защищённом месте. Иногда он спал сутки, иногда три-четыре дня — смотря сколько накануне перенервничал. Сам сундук я не запирала — змей всегда просыпался вменяемым и никуда не сбегал до следующего штормового предчувствия.