Книга Сундучок мертвеца, страница 15 – Дарья Гущина

— Да, — кивнула силда Веснара, вернувшись за стол. — Очень тяжёлый случай — едва-едва парня вытянули. Нас иногда за это осуждают — дескать, заклеймило же Небытие, не мучайте. Но мы вытягиваем. Уйти всегда успеется, а вот пожить можно не успеть. И мы даём шанс всем, даже сложным ребятам. Даже очень сложным. Бре ннар — как раз такой. Сложный. Безумие его не коснулось, душа сейчас цельная, но ещё с полгода он под надзором своего старшего смотрителя. На всякий случай. Поэтому ему очень нужен «ловец» — от нас же несёт смертью и Небытием, нас боятся, от нас шарахаются. Без «ловцов» ребятам сложно обустроиться в мире, найти дело по душе, обучиться.

— А в храме он прожил тридцать шесть лет, то есть Небытием пропитался серьёзно, — я задумчиво отщипнула от булочки кусочек, прожевала и напомнила: — Сложный «ловец» на расстоянии не делается. Простых я вам хоть сейчас десять штук продать могу — у меня всегда есть запасы востребованного. Времени-то свободного больше, чем заказов. Ну а сложные... Нужны расчёты излишков силы, кровь, примерки, снова расчёты... Но, конечно, сделаю. Что-то ещё?

Больно подозрительно соседка улыбалась.

— Присмотри за ним, — просто попросила она. — Не в службу, а в дружбу. К ремеслу привлеки, если получится заинтересовать. Это самое страшное, Маля, — не иметь интересов. Ему бы просто понять: каково это — когда ты чем-то заинтересован, горишь и вкладываешь душу. Что вкладывать у парня есть, а вот куда — нет. Не в службу, клянусь. У тебя сейчас своей мороки хватает. Но если получится познакомиться и по-соседски заприятельствовать... Присмотри. Покажи. Подтолкни. Он же наш.

Ну да, признала я и зажевала булочку, запивая её горячим чаем. Наш.

— И последнее, — силда Веснара придвинула ко мне и булочки, и конфеты. — И тоже срочное, Маля, поверь. Иначе бы я позже пришла. Шутнар ещё не начал расследование гибели твоего отца?

— Понятия не имею, — я пожала плечами и взяла конфету. — Может, и начал, но пока от себя, а не от ищейского отдела.

— Есть момент, о котором не знает никто, даже Шутнар, — она обняла ладонями кружку. — За год до отъезда Долган прошёл посвящение в смотрители храма Небытия. От отчаяния первым делом — чтобы и с долгами рассчитаться, и помощью Кремена заручиться. Но скорее всего, не только.

Я отложила конфету, понимая.

— Он не мог умереть от переработки, — я поёжилась и запахнулась в плащ. — Вы же сбрасываете излишки силы на отходных столах в обязательном порядке. В отце просто не могло быть столько силы, чтобы случилась переработка.

— Вот именно, — силда Веснара склонила голову. — Не могло. Его убило что-то иное. Шутнара в тот год не было в Сером городе... а те, кто знал о посвящении твоего отца, — кроме нас, — мертвы. Тоже. Он рассказал всего четверым своим друзьям. Мы и за ним следили, Маля, — как за неблагонадёжным. Здесь, в Сером городе, о службе Долгана знали лишь четверо друзей-ремесленников. Все ушли в Небытие в течение полутора лет — странным образом тоже от переработки. Сразу после отъезда Долгана.

Я невольно сглотнула.

— Вы считаете... это связано?..

— Мы — смотрители храма Небытия, не ищейцы, — напомнила она. — Мы наблюдаем, а выводы пусть делают обученные люди. Расскажи Шутнару. И направь его ко мне за пояснениями. Или сразу к Кремену. И будь осторожна, Маля. Ты — наследница отцовских тайн. Во что-то Долган ввязался с этим своим таинственным проектом. Что вынудило его бежать, запретить смотрителю кладбища сообщать о смерти близким... и, скорее всего, убило.