Книга Легенда о драконьей невесте, страница 97 – София Хартманн

«Может, это просто ей так не повезло?» — подумала Калиса, чувствуя, как камень в груди начинает разрастаться.

Но нет, по пути им встретилось еще несколько местных, и большинство было одето так же.

— Энкель! — позвала Калиса. Руки дрожали от непонимания. Нужно было срочно выяснить правду.

Он остановился и подождал, пока она догонит. Мешок на плече держался так легко, словно весил меньше пера, и Калиса в очередной раз удивилась, насколько силен Энкель. Внутри немного потеплело. Но ненадолго.

— Скажи, а почему здесь все ходят в каких-то лохмотьях?

Она вгляделась в его зеленые глаза, надеясь увидеть там хоть намек на шутку, на розыгрыш. Может быть, это представление? Но Энкель смотрел на нее серьезно.

— Эта деревня голодает, — ответил он тихо. И отвел взгляд. Почему? — В этом году у них выродился скот и совсем не взошли посевы.

Калиса поежилась и сжала кулаки.

— Тогда это будет первым, что мы решим, вернувшись в замок, — заявила она воинственно. На удар сердца показалось, что в глазах Энкеля промелькнуло что-то вроде сочувствия, но в следующий уже пропало.

«Показалось, просто показалось», — убеждала себя принцесса.

— Это отличная идея, min unge. — Энкель ласково улыбнулся и свободной рукой потрепал Калису по макушке.

Та вырвалась, смущенная и раздраженная одновременно. Почему он обращается с ней, как с ребенком?

Камень тревоги в груди должен был треснуть, рассыпаться в крошку, но вместо этого он стал только больше.

* * *

На радюрах долго ехать все-таки не получилось. Рана Рюнала давала о себе знать, да и Калиса не могла сидеть в седле дольше пары свечей, так что, как только взошла Луна, пришлось остановиться на ночлег в ближайшем городке. Здесь уже все казалось более чистым и крепким, да и домиков было побольше, встречались даже двухэтажные, как в Зарове. Калиса украдкой выдохнула. Тревога немного отпустила.

В трактире, одном из двух на весь городок, они сняли три комнаты и заказали хороший ужин.

— Сейчас же подам за вон тот дальний столик, — кивнула тощая трактирщица, которой впору было в школу ходить, а не гратан разносить. Поклонившись в пятый раз за разговор, она быстро скрылась за стенкой, отделяющей общее пространство от кухни, и странная компания направилась за указанный стол.

Он оказался самым большим и самым удобным из всех в трактире: с трех сторон отделенный стенами, он казался приватной зоной. Рюнал откинулся на мягкий подголовник диванчика, Калиса устроилась рядом, вытянув уставшие ноги на табурет напротив. Энкель облокотился на стену и о чем-то задумался.

— Все-таки хорошо, что скоро мы будем дома, — улыбнулась Калиса, уже предвкушая ароматную ванну, которую обязательно устроит ей матушка Жорла, а еще самый вкусный в ее жизни ужин. Она помнила вкус лакса в медовом соусе — он таял на языке, оставляя после себя холодок исбарьны.

В голове тут же появилась картинка: малыши в оборванной грязной одежде жуют засохший плесневелый хлеб, истошно крича друг на друга. Она вряд ли когда-нибудь это забудет.

Стало вдруг ужасно стыдно. Она тут сидит, мечтает о деликатесах, а в той деревне люди голодают. Нет, Калиса просто обязана это исправить.

— Ваша похлебка, запеченое мясо снескина с кореньями и гратан. — Юная трактирщица поставила на стол заказ и мгновенно исчезла. Калиса лишь успела увидеть, как выступают кости на ее запястьях. Ужасно. Просто ужасно. Почему девушки даже младше нее должны работать вместо того, чтобы учиться и радоваться своей юной жизни?