Книга Легенда о драконьей невесте, страница 63 – София Хартманн

В ту луну она снова открыла глаза, так и не уснув, тихо спустила ноги с кровати и прошмыгнула босая к двери. За ней бушевала метель, такая привычная, и Калиса медленно выплыла наружу, придержав дверь, чтобы не разбудить своих спасителей.

Луны и звезд не было видно. Тихая, почти черная метель заметала все вокруг, словно скрывая следы преступлений. Калиса поежилась, но опустила босые ступни в снег и чуть прошла вперед, ко входу в чащу. Лес зиял черной дырой — такой же, какая была у нее внутри. Завороженная этой темнотой, Калиса сделала еще шаг и еще, пока не оказалась совсем рядом с кромкой леса.

Откуда-то из глубины прокричал угл. И что-то внутри наследницы откликнулось на этот зов, потянуло Калису вглубь — в темноту, в тишину и холод. Она шагнула, затем снова...

И вдруг ее дернула назад чья-то рука. Чувствуя, как сердце ухнуло куда-то вниз, Калиса повалилась на чье-то теплое тело и не сразу смогла обернуться.

Вблизи глаза Энкеля будто светились изнутри. Она плохо видела его лицо, но поняла, что парень зол. Не просто зол — по-настоящему разъярен.

— Ты что творишь?! — прошипел Энкель ей в лицо, крепко, но не больно сжимая запястье. — Умереть снова захотела?!

Калиса захлебнулась в словах и с секунду не двигалась, а затем стала вырываться. Энкель тут же отпустил ее из объятий, но руку все еще держал.

— А ты что здесь делаешь? — в ответ прошипела девушка, приближаясь к нему. Пришлось закинуть голову, чтобы смотреть прямо в глаза. Прищурившись, она ядовито протянула: — Следил за мной?

Энкель поджал губы и чуть смягчился, будто не ожидал такой нападки.

— Не следил. Просто... — он замялся, подбирая наиболее безопасное слово, — охранял.

Калиса возмущенно всплеснула руками и вырвалась наконец из хватки парня.

— Не нужна мне твоя охрана, понял? — и, пройдя мимо него, остановилась. Обернулась, бросила тихо, почти обвиняюще: — Я вовсе не просила, чтобы ты меня спасал.

И зашла в тепло, оставив Энкеля утопать в холоде.

* * *

Дорога к пещерам оказалась тяжелее, чем просто подняться к горам, но Видна этого словно и не замечала. Они обе были одеты в теплые куртки и сапоги, которые Энкель недавно принес из города, но Калиса уже спустя сорок доль замерзла и устала. Как бы ни хотелось ей храбриться, но тело принцессы не было приспособлено к таким прогулкам. Сейчас она даже скучала по урокам с наставниками, на которых ей приходилось в основном сидеть, скучала по прогулкам на радюрах и порой на коннугах, скучала по прежней жизни.

В той жизни был не идеальный, но все же любящий отец, не самый лучший, но родной брат, а еще лучший друг. Форред. От воспоминания о нем кольнуло сердце, словно льдинкой. Да, так он ее и называл. Теперь же... все изменилось до неузнаваемости. Отец мертв, брат ее ненавидит, а лучший друг оказался предателем.

Как вообще такое могло произойти? Какие боги ее прокляли и за что?

Калиса остановилась, тяжело дыша, и опустилась прямиком в снег. Голова кружилась от недостатка кислорода и метающихся в ней мыслей.

Как же теперь жить, когда все вокруг оказалось ложью?

— Вставай, dragbrunge, — раздался скрипучий голос Видны и словно разогнал все мысли в голове. — Вставай и борись.

Калиса взглянула на протянутую ладонь и, вздохнув, вложила в нее свою, позволяя ведьме поднять себя из снега. Отряхнувшись и постояв еще пару минут посреди горных хребтов, старушка и девушка продолжили свой путь.