Книга Лекарь. Эльфиек в жены не предлагать, страница 72 – Тэя Мор

До своего дома Тайлер добрался ближе к обеду. Небо в этот день было пронзительно голубым, блестели лужи в свете солнца, громко чирикали птицы. Отличный денёк, жаль только волнение о ближайших месяцах омрачало настроение. Элиа была жива. С одной стороны — это радовало, с другой — усложняло ситуацию. Горная эльфийка в отличие от своей зашуганной сестры могла наделать много шуму, слишком наглая и непредсказуемая. Да и Эллирэ явно отпускать не собиралась.

Засов на калитке никто не трогал, привязанная к дереву коза громко заблеяла, увидев хозяина. Под ноги метнулась кошка. Эх, хорошо им втроём жилось когда-то, спокойно. Дверь в дом была приоткрыта, издалека доносились звонкие голоса детей, как всегда, споривших о чём-то. Подойдя поближе, Тайлер замер прислушавшись.

— Осторожно мыть и ставить тряпка, — сказала Эллирэ.

— «На тряпку», — Ешка.

— На тряпка ставить. Лучше мыть. Эллирэ пятно видеть.

— Я устал это мыть, когда уже гулять можно?

— Когда чист все склянка будут. Осталось три штука. Ныть не.

— Я не ною. Я устал, — Ешка начинал злиться.

— Я тоже уштала, — поддержала брата Енька.

— Тай вернуться, тогда гулять ходить. Одни не. Эллирэ отвечать.

— Почему ты вообще за нас отвечаешь? За нас даже папа не отвечает.

— Тай сказать, Эллирэ главная.

— Когда это он так сказал? — судя по топоту, Ешка вскочил на ноги и ходил по дому. — Ты даже говорить нормально не умеешь. Глупая совсем! Он тебя вылечит и выгонит. Здесь горные эльфы не нужны.

— Шнова на швою гору пойдёшь.

После слов Еньки в доме ненадолго повисла тишина. Лишь скрип тряпки по стеклу, да плеск воды доносились из-за двери. А потом Эллирэ затараторила какие-то слова — быстро, растягивая гласные и сильно искажая отдалённо знакомые звуки.

— Чего? — спросил Ешка, когда она умолкла.

В ответ Эллирэ вновь выдала какую-то околесицу.

— Нормально говори.

— Ешка не знать эльфийский? — в голосе Эллирэ безошибочно слышалась издевка. — Эллирэ говорить нормально, ничего не путать, это Ешка и Енька не понимать чужой язык. А Эллирэ ваш язык понимать. И кто глуп? Быстро сесть лежанка и ждать Тай. Стол не подходить и кошка не пускать. Пусть склянка сохнет.

Губы сами собой растянулись в улыбке. Ты посмотри, грозная какая. Ладно хоть детёнышей глупых делом заняла, да сама выучила, что Тайлер от неё требовал.

В доме ожидаемого хаоса не наблюдалось. Обиженные дети сидели на своей лежанке, Эллирэ — на лавке. Завидев Тайлера, тут же с места подскочила, но под строгим взглядом обратно опустилась.

— Жива твоя сестра, не бойся. Ну и заноза в заднице она у тебя. Вычудит что-то, не сомневаюсь. Пока, конечно, не до этого ей. Потрепали хорошенько, — Тайлер нервно дёрнул верхней губой, так что клык видно стало. — Важек, хоть и идиот неизлечимый, хорошо о ней заботится. Удивительно даже, не замечал за ним такого раньше. Зимовать с ним уговорил.

Тайлер опустился рядом на лавку, грозно глянул на детей и указал пальцем на корзину.

— Чего расселись, бестолочи мелкие? Быстро в лес за грибами! И чтоб к вечеру дома были с полной корзиной. Нагуляетесь заодно, дурь лишнюю растеряете.

Дождавшись, когда Ешка и Енька возьмут корзину, приготовленные с утра для них пирожки с капустой, и наконец-то уберутся подальше от дома, Тайлер выдохнул с заметным облегчением. На Эллирэ он посмотрел внимательнее, чем обычно. Слова Элиа вызвали такую бурю негодования и отвращения, что игнорировать или забыть не получалось. Но прежде чем делать окончательные выводы, он предпочёл послушать вторую сторону.