Книга "Л" значит Лили. Часть II, страница 32 – otium

Лили закусила губу.

— Кажется, да. Что это положение у него есть. То есть... — она сглотнула, — детерминированность будущего, так? То есть в него все-таки можно перемещаться, хоть это и запрещено?

— Ага, — Пьер поискал взглядом, обо что вытереть руку, ничего не нашел и вытер ладонь о мантию. — Мы подтвердили гипотезу о дуалистичности будущего и его вероятностно-детерминированной природе. Как свет является волной, но в то же время состоит из частиц, так и каждое отдельное событие случайно и определяется колебаниями вероятностного поля, однако каждая такая случайность есть проявление закономерности. И именно ее и улавливают прорицатели...

Внезапно его лекцию прервал голос профессора Крокера.

— ...больше такого не потерплю! Вы все поняли? — взмахом палочки он развеял остатки заглушающих чар и позвал: — Пьер, идите сюда, вы мне нужны!

Напоследок улыбнувшись Лили, тот заторопился к начальству. Она помахала ему рукой и тоже развернулась к двери. Еще раз бросила взгляд на хрустальный сосуд — колибри парил в восходящих потоках, сверкая пестрыми крыльями, словно припорошенными инеем, — и шагнула за порог, оставляя позади лабораторию с ее расплавленными часами, молчащими приборами и едким, удушливым запахом дыма.

После ярких магических ламп синие огоньки свечей казались особенно тусклыми и бледными. Чернота стен словно высасывала из них свет.

— ...клянусь, Сибилла! — резкий голос Берты плетью хлестнул по ушам. — Никакой ошибки — именно эта сумма, именно по сто тридцатой строке доходов!

Сибилла протянула к ней руку — серебряные браслеты отчетливо звякнули в тишине — и заговорила мягким, успокаивающим тоном. Ее круглые очки поблескивали, как иллюминаторы старинного батискафа. Эдди подпирал плечом стенку, равнодушно взирая на эту картину, и вертел в руках палочку, но при виде Лили встрепенулся и шагнул ей навстречу.

— Как вижу, все прошло успешно? — усмехнулся он. Палочка то исчезала, то появлялась между пальцами — тонкая и гибкая, похожая в его лапище на ореховый прутик.

Лили неуверенно кивнула, не сводя взгляда со спорящих женщин. Берта размахивала руками — ее пышные волосы так и торчали во все стороны; Сибилла слушала ее, зябко кутаясь в зеленую шаль.

— Их засадили проверять бюджет Министерства на следующие три года, — Эдди подмигнул, заметив, куда она смотрит. — Если бы мадам Мелифлуа не распределила тебя в мою группу, сейчас ты корпела бы над бумагами и пыталась предсказать, во что нам обойдутся следующие выборы и чемпионат по квиддичу.

— О да! — Лили содрогнулась при одной мысли о том, что эта неприятная женщина могла бы стать ее начальницей. — Мне и правда ужасно повезло!

Кажется, ее испуг его позабавил — Эдди рассмеялся и сунул палочку в карман.

— Если сможешь докопаться до корня проблем с Амброзиусом, то я скажу, что повезло и нам.

И направился к той лаборатории, откуда вышла Лили — все той же пружинистой, чуть косолапящей походкой, словно перекатываясь с пятки на носок. Тяжелый и широкоплечий, в своей светлой рабочей мантии, в этот миг он походил на сытого и вальяжного белого медведя.

А потом из-за двери послышался его зычный бас:

— Так какая модель, Крокер? Вероятностная или детерминированная?

Оставшись одна, Лили попыталась незаметно прошмыгнуть к себе в лабораторию — но, похоже, могла особо не стараться, обе предсказательницы не обращали на нее никакого внимания. У самого порога она остановилась и бросила взгляд через плечо, и Берта продолжала говорить, а Сибилла — молча кутаться в зеленую шаль.