Книга Попаданка. Седьмая казнь дракона, страница 82 – Лилия Тимолаева

Я не поверила обещанию, но Сайлас едва заметно кивнул: вероятно, знал устройство помещения.

Стражники отвели его через боковой проход. Я последовала за ними. Перед дверью Мерод остановил меня.

— Оставь клинок.

— Без него он не поверит, что выбор окончательный.

— Именно поэтому оставь.

Я сняла оружие и передала Гектору. Командир принял его обеими руками. Золотые знаки вспыхнули, но не подчинили его. Клинок оставался связан со мной и тянулся к моей ладони слабым светом.

— Никому другому, — сказала я.

— Верну лично.

Мерод проверил дверь и махнул страже.

Сайласа ввели в небольшую круглую камеру. Цепи закрепили к кольцу в стене, оставив ему возможность стоять и двигаться в пределах нескольких шагов. Затем все вышли.

Дверь закрылась.

Звуки площади исчезли.

Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, не приближаясь.

— Я поверил, — сказал Сайлас.

В его голосе не было обвинения, только усталость после удара, который я вынужденно нанесла.

— На сколько?

— Достаточно.

— Прости.

— Ты использовала единственную фразу, которую Мерод мог принять за прощание.

— Я боялась, что он не разрешит говорить с тобой наедине.

— План был разумным.

— Это не отменяет того, что я сделала.

Сайлас отвёл взгляд к закрытой двери.

— Несколько мгновений я увидел Руту. Не в твоём лице — с этим я давно научился справляться. В выборе. Она тоже однажды встала рядом с Меродом и произнесла приговор после того, как просила меня доверять ей.

Я подошла ближе, но остановилась за пределом цепи.

— Я знала, что тебе будет больно. И всё равно сказала.

— Иначе Мерод не поверил бы.

— Ты имеешь право злиться.

— Злюсь.

Честный ответ оказался легче ложного прощения.

— На тебя, — продолжил он. — На себя, потому что успел решить, что ошибся во всём. На Мерода, который заставляет нас превращать доверие в оружие.

— Мы больше не будем.

— Через несколько минут ты выйдешь на помост и снова поднимешь клинок.

— Но теперь ты знаешь, куда я собираюсь ударить.

Сайлас шагнул вперёд. Цепь натянулась у его плеча.

— Я знал план и до твоего объявления. Это не помешало поверить словам.

— Потому что дорога домой для меня реальна.

— Да.

— И я не могу поклясться, что никогда её не выберу.

— Не прошу.

— Но я не выберу её ценой твоей жизни.

Он посмотрел прямо на меня.

— Даже если другого пути не окажется?

— Тогда дороги домой не существует. Есть только сделка Мерода.

Мы стояли совсем близко, разделённые длиной натянутой цепи.

— Подойди, — попросил Сайлас.

Я сократила последний шаг.

Он поднял связанные руки. Металл не позволял обнять меня свободно, поэтому я сама вошла в кольцо его рук и прижалась щекой к груди. Сайлас коснулся подбородком моих волос.

В камере не было окон, но я слышала его сердце и отдалённый гул чёрного солнца под дворцом. Эти звуки существовали рядом: живой человек и механизм, который считал его источником силы.

— Мне не понравилось будущее, которое я увидел, когда поверил тебе, — сказал он.

— Какое?

— Помост, пустая площадь после церемонии и новый рассвет без тебя. Я всегда думал, что свобода начинается с исчезновения цепей. Оказалось, этого мало.

Я крепче обняла его за пояс.

— Я тоже больше не представляю освобождение города без тебя.

— Именно поэтому хочу попросить об одном.

Я отстранилась, но осталась в его руках.