Книга Моим детям нужна мама! Слабонервных прошу не беспокоить!, страница 60 – Ольга Обская

Внутренне он оставался непреклонен: дети не должны бывать в людных местах. Во всяком случае, до тех пор, пока Люциан де Ревенхольд не поработает с Лайлой. Если, конечно, он вообще откликнется.

Элиот Тосс ещё раз поблагодарил Эйдена, и это было подходящим моментом, чтобы закончить беседу. Эйден решил сам проводить градоначальника к выходу. И когда они вышли в коридор, до них вдруг донёсся весёлый смех и суматошная возня из детской.

Эйден с саркастичным скепсисом отметил, что всего минуту назад уверял градоначальника, будто его дети не любят шумных забав. Вот оно — живое доказательство. А всё — новая няня. Если бы разговор с градоначальником состоялся неделю назад, Эйден мог бы смело считать, что он нисколько не покривил душой.

И всё же, несмотря на сарказм, ему стало любопытно, чем они там занимаются. Воображение тут же нарисовало картину: из детской выскакивает ёж, оглушительно цокая несётся по коридору, а за ним с весёлым визгом гонятся его “не любящие шумных забав” дети.

Эйден открыл дверь детской — и замер на пороге.

Первой мыслью было: опять.

Второй: нет, это уже что-то новое.

Следов прежнего розового бедствия не осталось вовсе. Ковер чистый. Мебель на местах. Дети — удивительно — тоже чистые. Ни разводов, ни пятен, ни даже подозрительных розовых отпечатков на одежде.

Зато сама комната находилась в состоянии… движения.

Такого движения, что с первого взгляда было невозможно понять, что именно происходит. Всё мелькало, бегало, перемещалось, кружилось. Эвелина металась между шкафом и столиком, дети носились по комнате, как два маленьких урагана, заливаясь таким смехом, что стены, казалось, дрожали от восторга. Никто, похоже, даже и не заметил появления Эйдена.

И только через несколько секунд он разглядел причину этого хаоса.

Ёж.

Разумеется, ёж.

Опять этот ёж!

Причём ёж почему-то весь был в мыльной пене. Он отчаянно улепётывал от Эвелины, которая пыталась его изловить, вкладывая в это занятие всю свою страсть и энтузиазм.

Ёж бежал неровно, будто по скользкому льду, и каждый его шаг сопровождался новым комическим эффектом: лапки разъезжались в разные стороны, тело теряло равновесие, он проезжал на животе добрых полметра, снова вскакивал и резко менял направление. В моменты уязвимости, когда он беспомощно скользил, Эвелина почти успевала его схватить — наклонялась, протягивала руки… но в последний момент колючий беглец снова каким-то чудом ускользал. Каждый такой манёвр сопровождался новым взрывом детского смеха.

Первой заметила Эйдена Лайла.

Она мгновенно подскочила к нему, сияя, словно неожиданно встретила союзника.

— Папа! — радостно воскликнула она. — Как хорошо, что ты пришёл! Ты же поможешь нам поймать Пыхтика?

И, не дожидаясь ответа, начала щебетать с такой скоростью, что Эйдену пришлось приложить усилие, чтобы вычленять смысл из этого счастливого потока.

— Мы с Линой всё-всё убрали! Ну почти. Всё лежало на своих местах. И краску мы оттёрли! Совсем! Но пока оттирали, не уследили за Пыхтиком, и он испачкал лапки в краске. Они стали такие красивые — розовые! Но он начал липнуть к полу. Он так смешно дёргал лапками и недовольно фыркал. И оставлял следы на полу. Лина сказала, что его надо искупать!

Лайла сделала паузу ровно на долю секунды — исключительно чтобы вдохнуть.