Книга Сойти с ума, страница 66 – Мира Форст

Эльф собирался уже привычно захныкать, его ассоциативная память хорошо работала: пусти слезу — получи коньяк. Но генерал пресек подобную манипуляцию.

— Даниэл, пока мы будем отсутствовать, ты остаешься за старшего, — предупредил он.

Ушастый расплылся в счастливой улыбке и показал Хану неприличный жест. Волфуорт уже видел подобный и с подозрением глянул на Бригитту. Девушка поспешно опустила глаза, избегая зрительного контакта с Чароном.

К разлому троица отправилась на лыжах. Первой двигалась Бригитта, так как в Скаженный лес она попала сравнительно недавно и дорогу от моста до поселка более-менее помнила, во всяком случае, сможет определить, верно ли ведет их тропа. Вторым шел Хан. Из его заплечного мешка выглядывала угольная морда клыкастого недоразумения, у которого, как оказалось, имелось имя — Джоан. Замыкающим встал Чарон по той же причине, что и в прошлый лыжный пробег он поставил вперед себя Бригитту. Так герцог мог контролировать происходящее перед его глазами и не переживать, что кто-то пропадет за его спиной.

Следовали за стрелкой компаса, указывающей на юг, и через пару часов выехали к знакомому мосту между такими разными мирами.

— Что теперь? — поинтересовалась Бригитта.

— Спустимся вниз, — снял Чарон с плеч рюкзак и извлек из него трос с крюком, напомнившей графине якорь. — Я закреплю строп за парапет, и мы по очереди совершим спуск.

— Я не смогу, — заглядывала девушка в пропасть и не видела дна. — Чарон, мне страшно. Наверное, есть другой путь. Сто человек из разлома ведь как-то попали в лес. Не могли же они все подниматься вверх по веревке. Они бы ее попросту не закинули на мост.

— Другой путь есть. Но о нем мы сможем узнать только у жителей расселины. А сейчас придется спуститься так.

— Нам с Джоаном вообще не страшно, — заявил Хан. — Могу пойти первым.

Голова уголька скрылась в мешке.

— Похоже, Джоан твоей смелости не разделяет, — заметила Бригитта.

— Хан, у вас с котом нормальное взаимопонимание? — стал подозревать Волфуорт, что клыкастый даст деру. А это было бы нежелательно. Его стратегия основывалась прежде всего на испуге со стороны агрессивных.

— Нормальное у нас взаимопонимание, — уверил аристократ. — Я в его дела не лезу, он в мои.

Чарон заметил, что Бригитта едва сдерживается от смеха. Какая же она, — рассматривал он девчонку, — страшно, а чувство юмора не потеряла.

— Хан, спускайся первым, — согласился с предложением мага герцог. — И жди внизу.

— Чарон, я правда не уверена, — взмолилась девушка.

— То есть прыгать с чердака мы можем, а спуститься по веревке нет? — припомнил он ей недавнюю выходку.

— Так там сугроб внизу был, а тут пропасть, — дрожала Бригитта не от холода, а от страха.

— Тогда сделаем так, — и сам переживал Волфуорт, что девчонка может сорваться, — Хан, возьмешь мой рюкзак, а Бригитту я спущу на своей спине.

Раньше он не знал, что можно потерять душевный покой от мимолетной радости, промелькнувшей в глазах другого. И сейчас с ним подобное произошло. Чарон готов был отдать все на свете, лишь бы Бригитта всегда глядела на него такими вот сияющими глазами. Вот здесь, на краю пропасти, герцог Чарон Волфуорт признался сам себе, что любит эту девушку.

Они молча наблюдали, как аристократ достаточно сноровисто переставляет руки по веревочному тросу. Его фигура, затянутая в меховой кожаный комбинезон, становилась меньше-меньше и наконец совсем скрылась из вида. Только веревка подрагивала, сообщая, что за нее еще держатся.