Книга Оркестр, страница 37 – Мира Форст

— Он всегда выбирал гитары светлого цвета, − встал рядом Кирилл.

— Да, он был уверен, что гитара из светлой древесины звучит ярче темной.

— Ром, как мы теперь без него?

Я понял его вопрос. Мы давно понимали друг друга без излишних объяснений. Кирилл спрашивал не о потере участника группы «Оркестр», а о том, как мы сможем пережить потерю друга. Друга детства. Мальчишки, с которым я подружился еще в детском саду, с которым мы шли бок о бок все эти годы.

— Не знаю, − разломал я обломок от гитары пополам и протянул одну половину Киру.

Мы вернулись к остальным. Катя с отрешенным видом сидела на траве, в то время как Светлана смазывала ее ноги какой-то пахучей мазью.

— Декспантенол, − пояснила стюардесса. – Можно использовать для заживления ран и ожогов.

— Нашла мазь на пожарище? – поинтересовался Тимофей.

— Нет, − немного смутилась блондинка. – У нас с Мишей грудной ребенок, мне надо смазывать грудь, иначе появляются трещины. Мазь лежала у меня в кармане, когда все это случилось.

— Значит, к нашим трофеям прибавляется мазь.

Под трофеями Тимофей подразумевал то, что мы имели помимо надетой на нас одежды.

— Три пледа, два полотенца, один нож, две зажигалки, пять бесполезных сейчас сотовых телефонов, мои часы-компас, плюс прибавим декспантенол, − подсчитал Олег.

— Нас ведь могут спасти? – впервые подал голос Ефим.

Я боялся, что он сошел с ума. Но Ефим перестал раскачиваться и стал реагировать на происходящее, что немного уняло беспокойство за его рассудок.

— Могут. Но если до утра никто не появится, будем выбираться сами, иначе мы тут не выживем, − ответил Олег.

— Олег, − позвал его Тимофей. – Ты говорил, что знаешь, где мы находимся.

— В природном Саяно-Шушенском заповеднике.

— Заповеднике? Значит, тут есть люди? – уточнил Кирилл.

— Не обольщайся. Заповедник закрыт для посещений. Вокруг километры темнохвойной тайги. Здесь нет дорог.

— Но почему заповедник закрыт?

— Его закрыли для охраны исчезающих видов животных - соболя и снежного барса.

— Барса? – испугалась Светлана. – Он может напасть на нас?

— Не бойтесь, − успокаивающе произнес Олег, − снежный барс никогда не нападает на человека.

Этой ночью я не спал. Понимал, что надо отдохнуть. Если нас не спасут, предстоит пешком проделать огромное расстояние. Но не мог спать. Сидел подле мертвого друга и не выпускал из своей руки его холодную и потяжелевшую ладонь. В горле как будто застрял немой крик и все внутри меня сжималось в тугой ком. Все эти часы я вел с Савелием немой диалог. Я не заметил, когда подошел Ефим. Почувствовал только, что кто-то сидит рядом. Так мы и сидели с ним до рассвета, закутавшись в один из пледов, который принес нам Кирилл.

К утру костер из останков самолета полностью угас. В эту ночь, проведенную в тайге, он не позволил нам замерзнуть.

Ночью и утром высоко в небе пролетало много самолетов. Очевидно, не поисковых.

— Надо идти, − предложил Олег, когда часы показывали десять утра. – Чем быстрее выйдем, тем быстрее доберемся до людей. Мы не можем оставаться тут без еды и воды.

— Какой у тебя план? – спросил Михаил, обнимая Светлану.

Девушка выглядела совсем несчастной. Ребенок, − вспомнил я. Наверное, она не предполагала, что придется оставить малыша дольше запланированного времени, к тому же, еще непонятно, выживем ли мы в суровой тайге.