Книга Как построить магическую академию?, страница 58 – Ксения Кис

— Не знаю. Пытаюсь подключить воображение. Если все получится, то будет уютно.

— Уютно — это самое подходящее слово для факультета ведьм.

— А для факультета драконов какое? Пафосно?

— Ну да, а еще дорого и богато, мы же у вас именно с этим ассоциируемся, — хмыкнул Стайхон, и мне на секунду показалось, что за улыбкой он прятал что-то более глубокое, но осмыслить я это не успел, потому что он продолжил. — А факультет некромантии у нас тогда с чем должен ассоциироваться? Со спокойствием и мрачностью вечности или с веселым нравом создателя?

— С разноцветными носками. Когда у Лика день рождения? Надо ему носки подарить, — фыркнула я.

— Это стиль.

— Это странность, — закатила глаза я, но стоило моему взгляду вновь посмотреть вперед, как мы встретились глазами со Стайхоном, и тут воздуха в груди почему-то резко стало не хватать. Наверное, тут очень душно. — Если следовать нашей логике, — я попыталась говорить спокойно, при этом резко отведя взгляд. — То все целители будут бояться окружающих и не будут доставлять проблем. А вот с факультетом боевиков будет проблема, если они будут такими же, как Крис, то они ничего не сдадут.

— Крис же как-то сдал. И это не самая большая проблема. Если артефакторы будут похожи на Дина, то они переделают замок раньше, чем вообще дело до экзаменов дойдет.

— Эти могут... А вот я сейчас поняла, что не подумала о том, где будут располагаться жилые комнаты ведьм. Но судя по тому, что поблизости комнаты для прислуги, придется переделывать их.

— Тебя это пугает? — внимательно посмотрел на меня Стайхон.

— Нет. Просто это достаточно символично, учитывая, что именно на нас всегда вешают всю грузную работу. Но я сделаю их спальни шикарными!

— Не сомневаюсь, — усмехнулся Стайхон и, кажется, хотел еще что-то сказать, но не успел, потому что снизу послышался громкий вопль и не кого-нибудь, а Дина. И что могло так напугать нашего артефактора?

Мы со Стайхоном сорвались с места почти одновременно. Лестница в южное крыло, как водится, скрипнула всеми ступенями. За аркой коридор сразу стал шире и темнее: вдоль стен стояли высокие зеркала, некоторые завешенные, большинство — нет. Серебро на их поверхности мерцало, как вода, и в этой воде, словно на глубине, шевелились лица. Разумеется, знакомые…

Дин стоял посредине, у низкого треножника. На треноге — расколовшийся пополам прибор: бронзовая чаша с вплавленными в неё пластинами тёмного стекла. Подойдя ближе, мы заметили, что оно все прожжено трещинами. Между обломков плясали тусклые искры. Дин смотрел на все это так, будто хотел взглядом расколоть оставшиеся частички.

— Осторожно, — тихо бросил Стайхон и почти незаметно коснулся моего локтя, удерживая, чтобы я не наступила на разбросанные по плитам осколки.

— Я и не двигаюсь, — буркнула, хотя ноги сами рвались вперед. — Дин?!

— Они шевелятся! — выдохнул артефактор, кивнув на зеркала. — И шепчут!

— Ну, так это не новость… — покосился на портреты Стайхон. — Мы уже давно знали, что они проблемные…

— Вы не понимаете! Они меня преследуют! Я привык работать в тишине! Мне нужно сосредоточение! А они постоянно лезут!

— Не лезут, а спрашивают, — послышался из небольшого зеркала голос одного из старичков.

— Лезут, это когда с советами, а мы-то с вопросами, — вторил ему второй.