Книга Новенькая не для меня, страница 8 – Тина Дорофеева

— Потеряла, когда меня сюда запихивали, – шепчу в ответ, но ком в горле мешает продолжить мысль.

— Запихивали? Кто? – в голосе сталь, а у меня в ушах звон оттого, что Яр злится.

— Ярослав, держи себя в руках, иначе я буду вынуждена… – встревает психолог, но парень словно не замечает её.

— Да пофиг мне, что вы там будете вынуждены сделать. Кто запихнул?

Снова яростный взгляд простреливает внутренности.

— Не знаю, – онемевшими губами шевелю.

Пытаюсь собраться в кучу.

— Да как ты… – возмущенно выдыхает психолог.

— Может, хватит мне мозги промывать, Екатерина Павловна? А? Вы видите, она идти не может. Она калека.

Это слово ударяет молотом в грудь. Задыхаюсь. Но он ведь прав!

Я просто калека, которая не в состоянии даже встать без своих костылей. Тогда почему это слово из его уст так жалит?!

Психолог переводит на сидящую на полу меня вопросительный взгляд. Приходится кивнуть.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Во рту разливается горечь. Я слабачка. В первый день так попасть.

Сглатываю комок. Опускаю взгляд, и в поле моего зрения появляются кроссы Ярослава.

— Давай. – Руки касается его горячая ладонь, и по коже током. – Пойдем.

— Так, ну это уже все границы переходит. Что там случилось?

Психолог распахивает дверь, пока Яр пытается осторожно поднять меня. Мне тяжело принимать помощь. От него.

Но больше не от кого. А сама я не смогу подняться.

В распахнутую дверь влетают Глеб с Маркеловым. Чуть ли не кубарем.

Психолог вскрикивает и отскакивает от этого клубка.

У меня глаза лезут на лоб.

Слышу громкий смех Яра. Удивленно смотрю на него.

Перехватывает мой взгляд. Пожимает плечами.

— А ты думала, в сказку попала?

— Ну-ка прекратите драку. Господи, мальчики. – Екатерина Павловна пытается остановить этот кошмар.

— Давай, Глебас, втащи уже этому упырю. Я пока занят. – Громогласный голос Яра заставляет вцепиться в его руку.

Ему надоедает возиться со мной. Одним рывком поднимает на руки. Прижимает к себе и выносит в коридор.

Передает офигевшей Лизе.

— Костыли найди.

И скрывается в кабинете.

— Я сейчас охрану вызову! – Слышу в кабинете возглас психологини и ежусь.

— Ого, это серьезно. – Лиза хлопает глазами. Смотрит на меня.

— Что? – огрызаюсь как собачонка.

Психую. Потому что заварушка из-за меня.

— Ты как? Не пострадала?

— Только моя самооценка. Нога – это мелочь.

Лиза фыркает и вручает мне костыли.

И только ощутив прохладу металла, я успокаиваюсь.

Яр вытаскивает Глеба. Вокруг все взрываются криками. Закрываю уши, чтобы не слышать.

Мою руку отдирают. Передо мной Маркелов в ярости.

— Эй, иди куда шел. – Лиза отталкивает его.

Бровь рассечена. Губа кровит. Но он меня сверлит взглядом.

— Я отомщу тебе, хромоножка. Ты пожалеешь, что сюда приперлась на своих ходулях.

— Что тут происходит? – слышу громогласный голос отца, прижимаю к себе костыли и вжимаюсь в стену. – А, Екатерина Павловна, уже познакомились с нашим одиннадцатым?

Яр

Стоим вчетвером в центре директорского кабинета.

Новый директор. Блин, как его там? Денис? Данил…

— Глеб, вы не хотите объяснить, что произошло в коридоре? Почему Екатерина Павловна в панике звала на помощь?

Глебас стоит, глаза в пол, а на роже улыбка удовлетворённая. Он, как и я, Маркелова не переносит на дух, потому что этот идиот зарвался.