Книга Новенькая не для меня, страница 73 – Тина Дорофеева

— Брат, ты в норме? На тебе лица нет, – Ромыч вглядывается в меня.

— Гребаные девчонки, – ерошу волосы и чертыхаюсь сквозь зубы.

Грудь простреливает болью. Смотрю на сжавшийся на шкафчике кулак и вижу, как он подрагивает.

— И как прошло?

Лизка смущенно опускает глаза, а мне становится ещё фиговее.

— Я не знаю, у неё пока телефон молчит. Я написала после уроков, но она еще не прочитала. Видимо, может быть под наркозом.

— Почему она не сказала? – ни к кому не обращаю этот вопрос.

Пытаюсь понять, почему я не заслужил доверия Снежинки. Сначала про отца не рассказала, а потом про операцию.

И как по мановению волшебной палочки вспыхивает последнее сообщение.

— Твою мать, – рычу я и ударяю по металлу.

Лизка подпрыгивает и ныряет под моей рукой. Чумак возмущенно цыкает и прячет Лизку за спину.

А я в этот момент, кажется, схожу с ума и не знаю, куда себя деть.

— Извини, Лиз. Я не хотел напугать.

— Да все хорошо, – бубнит одноклассница из за спины Чумака.

Сжимаю и разжимаю кулаки.

— В какой больнице?

— Яр, тебя не выпустят из школы.

— Да плевать мне, свалю. Мне надо к ней, Ромыч.

Встречаю понимающий взгляд друга, и он хлопает меня по спине.

— А с мамой что?

Нервно дергаю плечом.

— Не знаю пока, не могу найти, – бросаю беглый взгляд на то место, где должна стоять Лиза, и Чумак понимает меня без слов.

— Так в какой?

Лизка выглядывает и достает телефон.

— В областной хирургии.

Киваю.

— Спасибо, Лизок, с меня шоколадка, – уже на бегу выкрикиваю и вылетаю из здания школы.

Я понимаю, что рискую отхватить за очередной выезд, но так же каждой клеточкой тянусь туда, где сейчас моя девочка.

Не помню, как доезжаю до больницы, где на входе меня ждет очередное сражение.

— Молодой человек, к ней нельзя посторонним.

— Я не посторонний, я одноклассник, от класса с подарками пришел, – поднимаю пакет со всякими вкусняшками и трясу перед лицом молодой медсестры.

Пытаюсь вложить все свое обаяние в улыбку.

— Я передам, – она протягивает руку и пытается забрать у меня пакет.

Одергиваю свою руку и кручу головой.

— Не-а, мне самому доверили передать и обнять нашу любимую одноклассницу.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Девушка закатывает глаза и мотает головой.

— Нельзя, – жестко обрубает она, а я сдерживаю разочарованный стон.

— Ну мне очень надо, – предпринимаю последнюю попытку уладить все нормально.

— Я сказала «нет». Девушка после операции, и она сейчас все равно спит.

— Так я подожду, – скалюсь изо всех сил, но медсестра только вперивает в меня строгий взгляд.

Выдыхаю сквозь стиснутые зубы и отступаю.

Ладно. Достаю телефон и какое-то время всматриваюсь в экран.

Черт. На весах встреча со Снежинкой и возможность поговорить наконец нормально и все прояснить.

Но как же не хочется делать то, что я собираюсь.

До ломоты в суставах не хочется, блин.

Осматриваю ещё раз пустой коридор больницы и сползаю по стенке. Делаю рваный вдох и нажимаю на кнопку вызова, пока внутри разворачивается маленький протест.

Но все же Снежинку я хочу увидеть больше!

Тарабаню пальцами по жесткой ткани джинсов и не свожу взгляда с плаката на стене напротив.

— Слушаю, – голос отца звучит глухо, и меня слегка передергивает.

— Пап, – сглатываю подступивший к глотке комок и делаю вдох, – не отвлекаю?