Книга Сводная не для меня, страница 31 – Тина Дорофеева

— Потому что ты хоть понимаешь, что могли твою светлую головку снести. На чем бы ты прическу свою носила потом?

Ника открывает рот, а до меня только после сказанного доходит смысл.

— Да ты…

Ника толкает меня, и я не сопротивляясь делаю шаг назад.

— Ника, – пытаюсь поймать её за руку, но она проворно одергивает её.

— Даже не думай меня трогать, увалень. Вообще, забудь про моё существование, придурок.

Дверь с грохотом закрывается, а я прикрываю глаза.

Меня ощутимо хлопают по спине, и я шиплю от новой волны боли.

— Да ты силен, мужик, – голос Морозова ещё сильнее выводит из себя, – сначала спас девчонку, а потом унизил. Знай наших!

— Все сказал? – скидываю его руку и слышу грубый смешок.

В раздевалке прислоняюсь спиной к прохладной дверце шкафчика и роняю голову на грудь.

Красавец, нечего сказать!

Ника

В комнате появляется Снежана и я отвлекаюсь от прослушивания очередной аудиокниги. Выдергиваю наушник и встаю с кровати.

— Снежан, – замолкаю, когда ловлю на себе настороженный взгляд одноклассницы.

Нервно заправляю волосы за ухо и пытаюсь избавиться от этого неловкого чувства. С каких пор мне некомфортно просто разговаривать с людьми?

Снежана переминается с ноги на ногу, и я непроизвольно делаю то же самое.

— Что, Ник? – выгибает вопросительно бровь, а я сглатываю комок.

Откашливаюсь и пытаюсь сформировать вопрос.

— Я хотела у тебя спросить, как дела с реабилитацией после операции? – киваю на ногу.

Ей не так давно сделали операцию после травмы, которую она получила, занимаясь в группе поддержки команды старой школы.

На лице Снежаны мелькает удивление, но она быстро берет себя в руки.

— Все хорошо. Врач дает позитивные прогнозы, – она неуверенно улыбается.

И мне совсем уж неожиданно становится легко при виде этой искренней эмоции.

Находясь рядом с такими людьми, как Вика забываешь, что искренние и простые люди никуда не делись.

— А что такое? – Снежана внимательно следит за мной, и мне становится неловко от того, что я успела сотворить с этой девчонкой в свое время.

Неловко и стыдно. Но прошлое уже не отмотать, и сейчас только от меня зависит, как мы в дальнейшем будем с ней общаться.

— А спорт как? Сможешь вернуться? – продолжаю добивать её наводящими вопросами.

— Пока не разговаривала. Думаю, ещё рано что-то точно говорить.

— Ну да, наверное. Не подумала что-то, – уже собираюсь отступить и вернуться в свой угол.

— А к чему вопрос? – но снова эта искренняя улыбка путает все мои замыслы.

— Я просто видела то видео, где ты танцуешь. И хотела спросить, может у тебя есть желание позаниматься в группе поддержки? Ну, чисто так, пока что, не напрягаясь, чтобы вреда не было.

Выдыхаю. Ну вот, я это сказала и потолок не упал мне на голову.

И судя по округлившимся глазам Снежаны она находится сейчас на грани обморока.

— Я? В группе поддержки? – ошарашенно переспрашивает и садится на край кровати.

Её взгляд становится отрешенным. Закусываю губу, уверенная в том, что вообще зря завела это разговор и подняла больную тему.

Как ни крути, а любая травма для спортсмена – как удар по живому. Это мне было бы только на руку, но по тому, что я в свое время увидела на экране, Снежана жила танцами.

Значит, несложно догадаться, что для неё весь этот разговор может быть болезненным.