Книга Любовь наглеца, страница 13 – Тина Дорофеева

— Ты не позвонила, — Рома смеялся, я слышала по его голосу.

— А должна была?

Мои глаза против воли округлялись. Громов выдохнул, его дыхание задело кожу на сгибе шеи и все мое тело покрылось мурашками. А я была в этот момент безумно рада, что из открытых участков были только руки.

И надеялась, что Громов не заметил моей реакции.

— Я ждал.

Его ответы все сильнее вгоняли меня в тупик. Но я понимала, что Рома снова решил поиграть со мной.

Развлечься.

— Ты..

— Наглец, я помню, — смеется Рома.

— Именно, — недовольно пыхчу я, продолжая ехать по полу, но уже не сопротивлялась.

— Варвара Дмитриевна, а можно Дарью уркасть? Пусть на игру посмотрит, — Рома чуть ли не прокричал мне это в ухо.

Я моргнула и чуть не завыла, когда увидела перед нами преподавателя физкультуры.

Она смерила нас странным взглядом и хмыкнула.

— Ну укради, Громов. Только чтобы победили мне, — женщина погрозила ему пальцем и скрылась за дверями малого зала.

Рома провел меня на первые ряды. И замер…

— Тут безопасно, Даш, — Громов не двигался, будто что-то ждал.

Я же не двигалась. Замерла, не зная, как себя вести.

Мне не особо хотелось сейчас потеть на паре по физкультуре, так что, Рома даже удружил мне со своим похищением. Но мне все равно хотелось казаться независимой и дерзкой.

А не той… из огромной фанатской базы Громова, которая готова от одной Роминой улыбки перед ним ковриком расстелиться.

— Не делай так больше, — я сложила руки на груди и сделала вид, что я максимально возмущена поведением Громова.

Он в ответ лишь дерзко усмехнулся. От этого его карие глаза хитро блеснули.

— Не буду обещать, Даш.

В другом конце зала прозвучал свисток, который оповещал о начале игры. Громов склонился ко мне.

— На удачу, Даша.

Не успела я отшатнуться, как он коснулся губами моей щеки и убежал. А я так и осталась стоять с горящим лицом и на раздаре.

Боже… за что мне судьба снова послала Громова? И как мне с ним не пересекаться больше?

— Как не сдала? — я смотрела на преподавателя, который листал методичку и даже не поднял на меня глаз.

А у меня в голове никак не укладывалось то, что меня только что снова завалили. Плечи опустились, сама я так и замерла перед преподавателем и никак не могла придумать, что делать дальше и как реагировать на этот несправедливый завал.

— Идите, Ковалева. Готовьтесь ещё, — глухо проговорил преподаватель и продолжил читать, — придете через неделю.

— К-константин Маркович, мне нужно сегодня все сдать, чтобы я не слетела со стипендии, — в голос проникали слезливые нотки.

Мне самой от себя было противно, но я не могла позволить себе снова не получить оценку и допуск к зачету. Мне нужна была стипендия!

— Ну что я могу вам сказать? Надо было готовиться, а не на баскетболе сидеть и радоваться за старшекурсников, — Константин Маркович посмотрел на меня поверх очков, и это был первый его взгляд с того самого момента, как я переступила порог этого кабинета, — а так. Я не вижу, что ты заинтересована в хорошей оценке по моему предмету.

Он взмахом руки показал мне, что пора бы и сваливать с его глаз. Но мои ноги словно вросли в пол, и я не могла даже нормально вдохнуть. Во мне разрасталось возмущение, которое могло в любой момент вылиться в грубость по отношению к преподавателю. И мне было плевать на то, что я даже после своего выпада могла вылететь из универа.