Книга Запрет на браки в Чосоне. Том 3, страница 93 – Чхон Чжихе

— Как вы могли!.. – Господин Е Хёнхо заплакал навзрыд – только теперь до него начал доходить весь ужас того, что он сотворил. Он слепо поверил словам госпожи Со, поспешил выдать замуж свою младшую дочь Хёнхи, ни разу не попытался разыскать старшую. Теперь ему были понятны и слова Синвона: главное преступление – «не знать» о том, что творится в собственном доме. Слепее его в этом мире не было никого.

Господин Е не мог справиться с чувством вины. Пока он лежал, сотрясаемый рыданиями, к нему медленно подошел король Ли Хон.

— Спрошу еще раз, – тихо, но жестко произнес он. – Эта девушка – ваша дочь?

Он указал рукой на Соран. Изможденную, побледневшую, с сухими губами и усталым взглядом.

— Я спрашиваю: эта служанка – Е Хёнсон, ваша дочь?

В голосе короля звенела сталь. Соран едва держалась на ногах, ожидая отцовского ответа – всем сердцем моля, чтобы он не отрекся от нее снова.

— Эта служанка… – Взгляд Соран отчаянно молил. – Эта служанка… моя дочь, да.

И в этот миг все поплыло перед глазами. Слезы хлынули, застилая весь свет. Не помня себя, Соран бросилась к отцу и обняла.

— Отец… отец!

Слезы лились водопадом. Она не могла остановиться. Он был и оставался ее отцом. Она все равно должна была обнять его.

Е Хёнхо прижал Соран к себе и зарыдал так, будто из него вырывали душу.

— Прости. Прости, дочка. Я совершил грех, достойный адского пламени. Прости…

Наконец горечь, копившаяся между отцом и дочерью долгие годы, растаяла – и они вновь обрели друг друга.

А госпожа Со смотрела на них, до крови прикусив губу. Все было кончено.

Имя, которое она так упорно пыталась приписать своей дочери, имя, дающее право стать кандидаткой в супруги государя, наконец было возвращено его истинной владелице

— А-а-а! – завыла госпожа Со и принялась рвать себе волосы. Все, о чем она мечтала столько лет, рухнуло в одночасье.

— Госпожу Со ждет казнь. – Голос Ли Хона был холоднее льда. – Список ее преступлений слишком велик, чтобы его зачитывать. Синвон, займись этим.

— Слушаюсь.

В этот момент в подземелье вбежал главный советник.

— Ваше Величество! Ворота дворца не устояли!

— Что?

— Движение «Мосольдан» достигло пика. Народ лавиной ворвался во дворец и теперь требует аудиенции с государем.

— Хорошо. Самое время сообщить, что королева этой страны избрана, – сказал Хон, словно подводя черту. – С этого часа запрету на брак в Чосоне конец.

Соран все еще рыдала, обнимая отца.

Король с сочувствием взглянул на нее и обратился к Синвону:

— Теперь она свободна, верно?

— Да, Ваше Величество.

— Пусть ее переоденут и перевяжут раны. А я выйду к народу.

Уже на пороге он снова повернулся к Синвону:

— Позаботься о Соран.

Тот молча склонил голову:

— Да, Ваше Величество.

Тосок всеми силами пытался утихомирить разъяренную толпу, но люди министра, затесавшиеся среди протестующих, продолжали подливать масла в огонь. Солнце село, ливень не стихал, и те, кто ждал беседы с государем, не выдержали – посыпались крики: «Штурмовать дворец!» Даже грозные горцы-разбойники, вставшие у проходов, не смогли их остановить. Ким Ыйчжун тихо усмехнулся: «Да. Этого достаточно».

Тем временем погромщики притащили здоровенное бревно, чтобы вышибить ворота.

— Стойте! Мы хотим жениться, а не мятеж поднимать!

— Если в этой стране жениться нельзя, пусть страна катится к черту!