Книга Арктическое зло, страница 165 – Джим Чайковски

Пока что это его новая стая.

Но это только на время.

Кейн бежит вперед, узнавая знакомые запахи из таких же баз, где ему приходилось бывать в прошлом:

— едкая горечь горелого машинного масла;

— смрад дыма и пепла;

— сладковатая вонь гниющих пищевых отходов.

Кейн отбрасывает все эти запахи, один за другим.

Он даже не обращает внимания на проникнутый страхом запах пота, который просачивается сквозь одежду человека, держащего его на поводке.

Сейчас имеет значение только один запах. Высеченный у Кейна в сознании, означающий дом, братство, теплую подстилку и полный желудок.

Кейн обращает морду к ветру, глубоко втягивает носом морозный воздух, отправляя все оттенки запахов в ноздри, под глаза, на язык.

И вот ему удается уловить слабое дуновение… оставленный в воздухе след, заглушить который не может даже снег. Кейн принюхивается, слабо скулит и идет на запах. Его лапы движутся все быстрее и быстрее. Когти глубже вонзаются в мерзлую землю.

Кейн тянет поводок, отказываясь замедлить бег.

Человек позади что-то кричит. Это не команда, поэтому Кейн ее игнорирует.

Его влечет к источнику запаха. Этот запах исходит от стальной решетки, над которой в воздух поднимается пар. Кейн подбегает к ней и принюхивается к влажному теплу, исходящему снизу, после чего несется вперед – домой, на зов родственной крови.

След, по которому идет Кейн, сильно загрязнен. Он чувствует резкий запах стресса, запах опорожненного кишечника. И все-таки Кейн улавливает подо всем этим одну мускусную нотку. Он уже много раз чуял ее.

Марко…

Кейн бежит дальше – к следующей источающей пар решетке, где запах становится сильнее. Не замедляя бега, Кейн спешит дальше.

К следующему пятну стали и растаявшего снега.

Затем к следующей.

И так до тех пор, пока он не добирается до решетки, запах от которой такой полный, что им заполняются все органы чувств. Кейн разгребает лапами снег, открывая замерзший темный комок, каплю этого стресса. Он втягивает в себя запах со стали.

Наконец Кейн останавливается, лапы напряжены в полной уверенности. Он оглядывается на человека, остановившегося рядом. И тихо рычит, поднимая морду.

Человек его хвалит.

«Хорошая собака!»

Однако эти слова не приносят чувства удовлетворения.

Этот человек не из стаи Кейна.

— Кейн взял след! – сообщил Ковальски по рации Юрию, который ехал следом в «Беркуте». Второй снегоход не отставал от первого.

Юрий что-то ответил, однако разобрать его слова было трудно из-за треска статического электричества. Снежный буран не был единственным погодным явлением, с которым приходилось иметь дело в настоящий момент. В вышине солнечный ветер продолжал барабанить по магнитному полю Земли.

И все-таки, судя по всему, Севериненко понял сообщение Ковальски.

«Беркут» остановился рядом с великаном. Спрыгнув с места пулеметчика, Вин скинул с плеча автомат и взял его на изготовку. Монк и Сид покинули сиденья с подогревом своего снегохода. Оба были схожего телосложения, в одинаковом арктическом камуфляже, и было непросто разобрать, кто из них кто.

Выбравшись из кабины «Беркута», Юрий присоединился к ним. Он кивнул на каменное здание церкви с высоким шпилем.

— Вы думаете, они там?

Монк также посмотрел на церковь.

— Если пленников доставил сюда Сычкин, это вполне вероятно.