Книга Волна огня, страница 89 – Джим Чайковски

Пока они спускались вниз, Брайан каждые пятнадцать минут останавливал свой фильм, чтобы обновить отправляемую на поверхность информацию. Адам каждый раз тщательно прислушивался – не столько к техническим деталям, бо́льшая часть которых была выше его разумения, сколько к тону голоса их пилота, напрягал слух, пытаясь услышать в нем ноту бедствия или тревоги.

Тем не менее еще через час было трудно поддерживать такой уровень концентрации и напряжения. К своему удивлению, Адам поймал себя на том, что погружается в легкую дремоту. Вскоре его веки сомкнулись.

Голос Фиби, полный удивления, заставил его встрепенуться.

— Я думаю, мы входим в насыщенный солью слой, – сказала она.

Адам сел прямее. Черные воды за передним окном освещались наружными прожекторами. Только теперь вид был затуманен, как будто они погружались в мутный куриный бульон.

Датук заговорил со своего поста; его глаза все еще были прикованы к экрану с ним рядом.

— Вы правы, доктор Рид. Соленость подскочила в восемь раз. Это определенно плотный слой более соленой воды.

— Это повод для беспокойства? – спросил Адам, подаваясь вперед.

— Не для нас, – ответила Фиби. – Но такие места являются зонами гибели морских обитателей. Из-за гиперсолености воды и недостатка кислорода.

Датук кивнул:

— Однако в этих наслоениях рассола обитают всевозможные странные хемосинтетические организмы. Из-за их уникальных ферментов их изучали для фармацевтического и промышленного использования. Очень похожи на пьезофилов, которых я изучаю.

Монк пристально посмотрел на биохимика:

— Вы имеете в виду организмы, которые выживают при высоком давлении?

— Верно. – Датук улыбнулся. – Слои рассола также демонстрируют повышенную электропроводность. Это уникальное свойство будет использоваться для добычи воды из атмосферы Марса. Что попытается продемонстрировать посадочная платформа «Казачок», когда ее отправят туда через год-два.

Монк, приподняв бровь, повернулся к Адаму. Они оба избегали поднимать тему связи малайца с космическим агентством Китая. Если он был «кротом», они не хотели его спугнуть. Но Датук только что сам предложил им прекрасную возможность обсудить эту тему. Да и вообще, куда он сейчас мог пойти?

21 час 50 минут

Пока Фиби сидела, вперив взгляд в мутный соляной слой, ее внимание привлекло движение, мелькнувшее в отражении в окне. Как оказалось, это Адам подался вперед с заднего сиденья.

— Доктор Ли, – сказал он, – вы упомянули ранее, что ваше исследование организмов, живущих под высоким давлением, заинтересовало космическую промышленность. Почему?

Фиби задавалась тем же вопросом. Заинтригованная, она повернулась к остальным.

Датук расплылся в улыбке, его глаза блестели. Как и большинство ученых, он был рад пропеть дифирамбы своим исследованиям.

— Я член исследовательской группы под названием ЛАБ. Лаборатория агностических биосигнатур. Нас финансируют астробиологические программы со всего мира. Наша миссия состоит в том, чтобы выйти за рамки текущего понимания того, что представляет собой жизнь, и расширить ее определение. Она включает в себя изучение дальних уголков нашей планеты, поиски жизни там, где ее быть не должно.

Фиби выглянула в окно:

— Например, там, куда мы направляемся.

— Конечно. Работа в глубинах предлагает уникальные способы посмотреть вверх – за пределы нашей планеты. Это предлагает новые подходы к поиску среди звезд новых биосигнатур внеземной жизни. До сих пор мы ограничивались поиском на чужих планетах воды или наличием метана или других органических соединений. ЛАБ надеется расширить масштабы таких поисков.