Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 94 – Джим Чайковски

— Получив ваше послание, я перечитал несколько рукописей, чтобы лучше понять яд, воздействовавший на девушку. «Полный анатомикон» Жюстома, «Историю животных» Лейкрайта. Даже частенько поносимые «Диалоги о биологических вариациях» Фаллона Клашанского. Нам известно, что другие летучие мыши, как, например, слепой плодокрыл, обитающий в тенистой глуши Приоблачья, ориентируются с помощью своих почти неслышимых криков. Несомненно, летучая мышь Мирра также должна уметь воспринимать окружающий мир таким образом. Некоторые алхимики полагают, что этот исполин тоже использует для общения со своими сородичами высокий писк, подобно тому, как общаются между собой пчелы и муравьи. Возможно, гигантские летучие мыши даже обладают разумом.

— Целое больше суммы составляющих его частей, – заметила Гайл.

Фрелл кивнул.

— В своих «Диалогах» Фаллон доходит до предположения о том, что знания, накопленные летучими мышами, уходят в прошлое на много поколений, глубже, чем история человечества. Нам также известно, что другие виды летучих мышей, особенно те, которые обитают на западных окраинах Венца, предпочитают ночную тьму, словно привязывая свое поведение к периодам луны. Если это так, наши миррские летучие мыши также должны быть чувствительны к изменениям луны.

В то время как для Никс все эти рассуждения оставались непонятными, настоятельница Гайл внимательно слушала своего бывшего ученика.

— Фрелль, ты хочешь сказать, что летучие мыши каким-то образом почувствовали то, что показали твои исследования?

— На протяжении столетий луна увеличивалась, – кивнул алхимик, – а теперь это происходит значительно быстрее.

Никс мысленно снова вернулась на вершину про`клятой горы, увидела объятую пламенем луну, которая разбухала, обрушиваясь на Урт.

— Павшая луна… – прошептала она.

— Возможно, именно это пытались показать тебе летучие мыши, – повернулся к ней Фрелль, – на своем языке предупредить тебя.

Никс почувствовала, что объяснения алхимика не дали ответа на все вопросы. Видение на вершине горы было чересчур подробным. Даже сейчас в голове у девушки звучали отголоски криков. Она вспомнила имя, сорвавшееся с ее собственных уст. Баашалийя. Тем не менее Никс на время отставила в сторону все эти загадки и обратилась к вопросу, терзавшему ее с того самого памятного дня, наполненного кошмарами.

— Почему именно я? – спросила она, оглянувшись на Джейса и снова повернувшись к двум ученым. – Почему именно меня донимают эти крики?

— По-моему, это очевидно, – пожал плечами Фрелль.

Никс нахмурилась. «Только не мне».

— Первые шесть месяцев своей жизни ты провела среди летучих мышей, – объяснил алхимик. – Твой рассудок, тогда еще не полностью сформировавшийся, оставался податливой мягкой глиной. Твой мозг развивался среди постоянных беззвучных криков летучих мышей. Под таким непрерывным воздействием твое сознание необратимо изменилось, подобно тому, как искривляется от ветра ствол дерева.

Девушка снова оглянулась на Джейса, выпучившего глаза от страха.

«Он боится меня».

— Я полагаю, – продолжал Фрелль, – что ты каким-то краем приобщилась к великому разуму, окружающему нас. И хотя ты выросла и вступила на другой путь, твое сознание по-прежнему остается настроено на образы, навсегда запечатлевшиеся у тебя в голове.