Онлайн книга «Павшая луна: комплект из 2 книг»
|
А напев все нарастал. По мере того как Никс вытягивала из него все больше огня, холод в нем сменился полным оцепенением. Он ощутил, как окружающий мир померк. И все же, как и прежде, ее желание было его желанием. Даал чувствовал ее боль, ее стремление к большему. Она была черной бездной, которую никогда нельзя насытить. И все же отдал ей всего себя. Зачем сдерживаться, если близится конец света? «Если мне суждено умереть, то позволь мне умереть внутри тебя». Никс услышала его. Слившись воедино, они уже не могли хранить никаких секретов друг от друга. Она ответила ему своими светящимися нитями и песней. «Оставайся со мной…» Даал хотел отказаться, отдать ей всего себя без остатка, но золотистые пряди напева обвились вокруг него, прижимая еще крепче. Он отбросил ей назад ее собственные слова, сказанные мгновение назад, – слова, которые все еще звучали внутри нее и которые он сумел прочесть. «Все или ничего». Сейчас нельзя было сдерживаться. Но Никс отказалась принять эти крайности, предложив альтернативу. «Все – это и есть ничего». Он не понял. «Оставайся со мной…» Она обуздала его, крепко притянула к себе, используя его собственную энергию. Даал прочитал причины. Смесь страха, одиночества, нужды и даже желания. Он перестал сопротивляться и полностью доверился ей. * * * С согласия Даала, опираясь на его доверие, Никс позволила своей песне вырваться из сердца и горла. Золотой поток хлынул из нее, подпитываемый быстропламенем Даала и сформированный ее горелкой – но она направила свою силу туда, куда никто не ожидал. «Всего одна попытка…» Никс вылила этот свой поток вниз, на медный пол. И сразу же последовала за ним, связанная с Даалом. Она была слишком напугана, чтобы попытаться сделать это в одиночку, рискнуть совершить невозможное без посторонней помощи. Ей требовалась точка опоры. «Ты нужен мне!» Никс чувствовала, что его взгляд – это ее взгляд, его рука – это ее рука, его воспоминания – ее воспоминания. Как и в случае с дверью купола, она ударилась в медь – и нырнула в ее пустоту. Даал выдохнул ей в ухо – наверное, ее же собственными легкими. Они слишком тесно переплелись между собой, чтобы отличить себя друг от друга. Никс хлынула сквозь эти пустые пространства между затвердевших пылинок, вращаемых неведомой энергией. И показала ему двойственность, которая все еще не поддавалась ее пониманию. Все из цельной меди, но внутри ничего нет. «Все – это и есть ничего». Она струилась сквозь толщу пола, пока не ощутила тень, укоренившуюся наверху. Тьму бронзы. И нырнула еще глубже в медь – прямо под основание влипшего в пол Корня. Никс поделилась с Даалом воспоминанием о том, как медный пол вибрировал и поднимался рябью вверх по ногам Корня. Показала ему бронзовые побеги, щупальцами раскинувшиеся по меди – и утончающиеся к концам. Оказавшись в этой тени, она собрала весь свой свет и огонь Даала. Взяв и то и другое, выковала золотое копье и рванулась вверх, двигаясь вместе с ним. Пронзила тонкую бронзу у основания Корня – и ворвалась в самую его сердцевину. Пустота бронзы взорвалась жидким огнем и невероятной энергией. Тысячи солнц мгновенно рождались и умирали вокруг нее. Или же так просто казалось, так чувствовалось. Никс цеплялась за Даала, разрываемая и раздираемая силами и притяжениями, для которых у нее не было слов. Она стала одновременно и мимолетной бурей, и неподвластной времени скалой. Каждый следующий миг угрожал безумием. |