Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 592 – Джим Чайковски

«Но теперь уже нет».

Тазар притянул ее ближе и указал своим мечом на Канте:

— Так как все-таки поступим с этим халендийским принцем, твоим бывшим суженым?

Ллира загородила собой Канте:

— Он с нами. Никто не причинит ему вреда.

Тазар лишь поморщился.

«Значит, вот оно, то пересечение интересов, о котором она недавно упоминала…»

За спиной у Ллиры как по волшебству возникла Сёкл. Из теней появились другие рисийки в черной коже. Темная ткань закрывала их лица, оставляя открытыми лишь серебристо-голубые глаза. Одна из них стянула свой платок на шею. Это оказалась та самая девица, которая каким-то образом ухитрилась застать его врасплох в городе. Она опять вытащила свой крошечный квисл, многозначительно перекидывая отравленный кинжальчик между пальцами.

Тазар примирительно поднял ладонь. Он не собирался бросать вызов ни одной из них.

Аалийя поддержала это решение:

— Хоть принц и не семи пядей во лбу, он нам не враг.

Канте насупился, услышав подобные инсинуации, но понял, что лучше не протестовать.

— Нам очень многое предстоит обсудить, – продолжала Аалийя. – И в первую очередь то, что может оказаться куда как худшей напастью, чем любая империя или королевство.

Канте выпрямил спину:

— Значит, мы все-таки убедили тебя насчет обрушения луны?

Принцесса надменно махнула рукой на другого закованного в цепи мужчину.

— Это сделал ваш алхимик.

Подошел Рами, присоединившись к ним.

— Я помогу. Насколько могу. – Он оглядел Тазара с ног до головы, а затем повернулся к Аалийе: – Но с тобой мы тоже еще поговорим, сестричка… Обязательно поговорим!

Его перебил Фрелль, силясь встать в своих цепях:

— Если мы уходим, то надо поспешить.

Тазар кивнул:

— Он прав.

Звуки битвы снаружи стихли, но Тазар знал, что это надолго. Имперское подкрепление, наверняка уже снявшееся со взлетно-посадочных площадок, наверняка вскоре обрушится на них. Даже император Маккар был настолько в этом уверен, чтобы ожечь взглядом комнату.

— Это у вас не пройдет! – пригрозил он.

Прежде чем кто-либо успел ответить, Оракл вдруг тенью скользнул к императору и провел ему пальцем по щеке:

— Тс-с!

Напрягшись от этого прикосновения, Маккар отшатнулся. На миг его прошибла крупная дрожь, глаза закатились так, что показались белки́, а потом он рухнул на колени, оставшись в этой позе. Глаза у него вернулись на место, но когда император стал озираться по сторонам, на лице у него застыла маска замешательства.

— Да что это с тобой? – выкрикнул Рами.

* * *

Когда клашанский принц бросился к своему отцу, Канте остался стоять на коленях. От непрекращающегося водоворота событий у него закружилась голова. Шея уже болела от напряжения, вызванного попытками смотреть во все стороны одновременно.

Оракл перевел взгляд на Рами:

— Уверяю тебя, я не причинил ему никакого вреда – ну, по крайней мере, долговременного.

Рами склонился к отцу, но Маккар шарахнулся от него, словно не узнавая собственного сына.

Отступив от них, Оракл повернулся лицом к остальным:

— Как только что справедливо заметил ваш алхимик, у нас не так много времени. Я приложил огромные усилия, чтобы собрать вас всех в одном месте. И эти усилия не должны пропасть втуне.

Путаясь в цепях, Фрелль вскочил на ноги:

— Так это ты нас здесь собрал? Каким образом?

— Это было бы проще, если б все вы не вставляли мне палки в колеса, причем на каждом шагу. – Прорицатель указал на Канте и Аалийю: – Все, что от вас двоих требовалось, – это сочетаться законным браком, как и планировалось, а потом явиться сюда за предсказаниями, как и прочим высокопоставленным молодоженам. Неужели это было так трудно?