Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 582 – Джим Чайковски

Охранники мало что делали, чтобы остановить этот неистовый натиск – лишь не позволяли причинить узникам какой-либо реальный вред. Эта привилегия принадлежала исключительно императору.

На скулах Тазара заходили желваки, когда зарешеченная повозка проехала под его наблюдательным постом и продолжила движение к дворцу. Рука еще крепче сжала кинжал на поясе. Глаза недобро сузились при виде темной фигуры за решеткой.

Руки Тазара коснулись прохладные пальцы.

— Надо поберечь наши силы, – напомнила ему Алтея. – Не стоит тратить их на него.

Тазар отпустил рукоять кинжала, признавая мудрость своей заместительницы, и обернулся на пару десятков Шайн’ра, рассредоточившихся по соседним комнатам того же дома. Еще больше их толпилось внизу. Остальная часть армии Кулака Бога собралась в отдаленных зданиях или разгуливала по улицам, изучая обстановку.

Тазар прибыл сюда еще до рассвета – со всеми, кого только сумел найти после огненной засады в Кисалимри, – и бросил клич по всему Казену, собрав тех, кто принадлежал к Шайн’ра или к ее преданным союзникам. Однако общая численность его войска оказалась совсем не такой, на какую он рассчитывал, отправляясь из клашанской столицы.

Тем более что обстоятельства быстро менялись, обостряясь с каждым ударом колокола.

Тазар уже знал о пленении принца Канте и смерти сына императора, принца Пактана. Степень горя и ярости императора Маккара можно было измерить по тому шквалу сил, что обрушился на Казен. Многочисленные гвардейцы и воины окружили дворец Оракла и патрулировали улицы, полные горячей решимости защитить императора и двух его уцелевших отпрысков.

Маккар не хотел рисковать.

— Пожалуй, нам стоит вернуться в Кисалимри, – предложила Алтея. – Попытка добраться до императора прямо сейчас наверняка провалится и приведет лишь к напрасной потере жизней. Лучше всего перегруппироваться и укрепить наши позиции в Вечном городе.

Тазар не мог не признать мудрость такого плана. И без того тяжелая ситуация становилась лишь хуже, чем дольше они ждали. Он винил во всем этом халендийского принца. Даже захваченный в плен и побежденный, Канте продолжал срывать его планы.

Тазар сжал кулак, глядя, как зарешеченная повозка исчезает за углом, сопровождаемая потоком проклятий. И больше, чем когда-либо, позавидовал императору Маккару.

«Это тебе достанется голова двуличного ублюдка, а не мне».

Резкие крики и испуганный визг отвлекли его внимание от окна. За дверью послышался шум. Резко звякнула сталь. Было слышно, как чье-то тело с шумом скатилось по ступенькам.

Алтея подала знак, и ее люди бросились ко входу. Дверь с треском распахнулась, и в комнату ввалились три фигуры, закутанные в балахоны биор-га. Точно таким же образом одетые люди прикрывали им спины.

Тазар обнажил свой меч. Алтея уже держала в обеих руках по длинному кинжалу. Никто не произнес ни слова, все застыли на месте.

И тут Тазар вдруг с удивлением услышал негромкое позвякивание колокольчика у себя за плечом. Сбоку к его горлу прижался острый кончик клинка. Несмотря на свой острый слух и готовность к бою, он не слышал, чтобы кто-то подошел к нему.

— Квисл, – прошептала его обладательница, чуть проворачивая лезвие. – Отравлен.

Заметив эту угрозу, Алтея нацелила один из своих ножей на нее, а другой – на незваных гостей.