Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 338 – Джим Чайковски

Глядя в эти глаза, Никс поняла, кто перед ней, кто вернулся, чтобы ее спасти.

— Баашалийя…

Подавшись вперед, летучая мышь своей мордочкой приподняла девушке подбородок, уткнувшись теплым носом ей в шею. У Никс перед глазами мелькнул образ маленькой летучей мыши, свернувшейся в комок на волокуше под гул и жужжание топей, и неспешно бредущего по черной воде Ворчуна, тихо мычащего себе под нос.

Оставив одну руку на морде Аамона, Никс подняла другую и нащупала то самое место за ушком, которое ей так нравилось чесать. Пальцы без труда нашли его, и они со своим братом запели, склонившись над мужественным защитником.

Никс поняла, что это действительно Баашалийя. Она вспомнила слова Шийи про дар, врученный обитателям Кулака, общность, объединяющую время и плоть. Все их мысли и воспоминания сохранялись вечно.

Девушка вспомнила свое прощание с Баашалийей, когда она в лесу склонилась над умирающим братом. Тогда она ему тоже пела, отрывая его от собственного тела, чтобы он не почувствовал боль последнего удара.

Никс представила себе огненные глаза, смотревшие на нее в то мгновение.

И поняла правду.

«Это ты забрал его, – подумала она. – Ты дал ему новое тело, полученное в дар от того, кто был готов уступить место и дать ему возможность вернуться ко мне».

Выпрямившись, Никс обвела взглядом поле битвы.

Пылающие стрелы расчерчивали дугами черное небо.

Со всех сторон смыкались полчища врагов.

Баашалийя вернулся.

«Только для того, чтобы умереть рядом со мной».

* * *

Врит склонился к рулевому шлюпки. У него в ушах до сих пор звучали режущие слух крики летучей мыши. Еще никогда в жизни Исповедник не ощущал такой мощи. Он вспомнил, как ослепительно ярко вспыхнула коробочка в руках Витхааса: взрыв, брызги меди, крови и костей.

Посмотрев вниз, Врит увидел огромную летучую мышь, сидящую рядом с девчонкой. У него в голове прозвучал скрежещущий голос Витхааса: «Вик дайр Ра…»

Он вспомнил клашанское пророчество о возвращении черной богини.

«Той, которая пролетит на огненных крыльях и уничтожит мир».

Исповедник мысленно представил летучую мышь, несущуюся по небу, озаренному огнем и исчерченному молниями. Он стал свидетелем того, как эта летучая мышь расправилась с великанами-гюнами и даже убила братьев девчонки. Вне всякого сомнения, это существо обладало беспощадной силой.

Врит вспомнил, как в свое время отнесся с сомнением к утверждению своего собрата Витхааса, и обругал себя последними словами за собственную косность.

«Впредь ради блага королевства я буду трезво оценивать силы этого ребенка и зверя».

И все же оставалась надежда на то, что этим опасениям не суждено будет сбыться. Рыцари и лучники надвигались на девчонку. С другой стороны пути отхода перекрыли монгеры. Пока что «вик дайр Ра» еще не вселилась в девчонку. Одна метко пущенная стрела положит конец этой угрозе.

Врит окинул взглядом площадь и затихающее на ней сражение. Даже бронзовое оружие светилось все более тускло, начинало спотыкаться, заметно теряя силы. В брошенных ею молниях было все меньше энергии, все меньше точности. Шатаясь, изваяние брело в дыму, стараясь защитить двух человек, находящихся рядом. Похоже, все трое стремились добраться до девчонки, привлеченные появлением огромной летучей мыши.

Исповедник усомнился в том, что у них хватит на это сил.