Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 327 – Джим Чайковски

Но горело не только оно.

Серебристо-золотые нити хора кефра’кай поднялись высоко в небо и переплелись, образуя светящийся ствол дерева. Во все стороны от него протянулись ветви, породившие пучки тонких ниточек, которые превратились в золотистые листья.

Восторг от этого чуда, происходящего у нее на глазах, пересилил охвативший Никс ужас. Девушка остановилась, зачарованно взирая на гигантскую сияющую ольху, выросшую в небе над головой. Казалось, дух Старого ствола явился сюда, чтобы защитить беглецов под сенью своей кроны.

Но светящееся дерево дало не только укрытие.

Оно стало знаменем, громким призывом.

Джунгли за стенами пробудились, растревоженные этим блистательным символом обуздывающего пения, горящим над площадью. Дикий лес взвыл и зарычал, возмущаясь вторжением чужаков. Через все ворота на площадь ворвалось враждебное сердце сумеречных джунглей. Ядовитые клыки и острые когти вонзились в легионы, собравшиеся у стен. Болезненные уколы жал и свирепые укусы звучали на удивление отчетливо.

Каменные стены отразили отголоски пронзительных криков.

Королевские войска отступили от ворот, и у Никс зародилась надежда. Впрочем, уж она-то должна была понимать, что торжествовать победу еще рано.

Выпущенный несколькими лучниками справа поток стрел, многие из которых были с горящими наконечниками, расчертил небо. Шийя попыталась отразить угрозу молнией, но стрел было слишком много. Смерть пролилась дождем.

Никс завороженно смотрела на стрелы, как вдруг что-то сильно ударило ее в спину. Девушка упала, больно ударившись головой о камень. У нее зазвенел череп, перед глазами все померкло. Какая-то тяжесть придавила ее к земле, массивные лапы опустились на ноги и на плечи.

Аамон…

Вокруг свистели стрелы. Стальные наконечники высекали искры из черного камня. Одни древки расщеплялись, другие отлетали в сторону.

Как только поток стрел иссяк, Никс почувствовала себя свободной. Справа от нее две туземки откатились в стороны. Спины их ощетинились оперенными стрелами. Между ними лежала навзничь Шан. Женщины сделали все возможное, чтобы защитить старейшину племени, и все-таки одна стрела сделала их жертву бесполезной.

В горле Шан торчала стрела. На губах старухи пенилась кровь, навеки оборвавшая ее пение. Однако она еще дышала. К ней поспешил Райф. Бронзовое тело Шийи справилось значительно лучше с задачей защиты Райфа и Фрелля. Но лицо алхимика было в крови от прошедшей вскользь стрелы.

Никс обернулась к щиту, который спас ее.

Аамон хрипло дышал. Грудь, бок и плечи варгра были утыканы стрелами. Темное пятно расплывалось по шерсти, медленно стекая на землю. У Никс защемило сердце, однако Аамон стойко переносил страдания.

Тут внимание девушки привлекли внимание раскатистые взрывы в противоположном конце площади. Она изумленно оглянулась. С зависших в воздухе кораблей на землю сыпались бомбы, взрывающиеся у ворот. Орды лесных обитателей закричали и завыли, окруженные огненным кольцом.

Никс заткнула уши. Ей захотелось закрыть и глаза.

Девушка опустилась на корточки в луже крови рядом с умирающим Аамоном.

Вокруг она видела только смерть.

* * *

Райф опустил Шан на холодный камень. Рядом с ними стояли последние двое оставшихся в живых кефра’кай.

— Ты только держись! – прошептал Райф.