Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 299 – Джим Чайковски

При виде такого зрелища все непроизвольно отпрянули назад, в том числе и кефра’кай.

Не обращая внимания на игру молний, Шийя решительно шла вперед. Войдя в наружное кольцо, она направилась к внутреннему. Райф поспешил следом за ней, увлекая за собой остальных.

— Не отставай! – бросил Фрелль бегущей рядом с ним Никс. – Если это правда дом Шийи, лучше держаться рядом с ней.

«И надеяться на ее благорасположение», – мысленно добавила девушка.

Догнав бронзовую женщину у внутреннего кольца, они последовали за ней к пересекающимся аркам посредине. Вблизи Никс рассмотрела контур двери, вделанной в куб.

Приблизившись к нему, девушка оглянулась по сторонам на сплошные джунгли за стенами вокруг, вспоминая увиденные там ужасы, как естественного, так и противоестественного происхождения. Эти опасности напомнили ей об одном отшельнике, друге ее приемного отца. Отшельник жил в самом сердце Миррской трясины, зарабатывая на жизнь изготовлением огненной воды, по слухам, при горении выделявшей столько же тепла, как и быстропламя. Не желая ни с кем делиться своими тайнами, отшельник защищал свою мастерскую запутанным лабиринтом заборов, в котором сплошь и рядом встречались коварные ловушки.

Никс окинула взглядом то, куда направлялась бронзовая женщина.

«Чему на протяжении столетий требовалась подобная защита?»

Наконец появилась возможность разглядеть дверь в стенке каменного куба. Нечто подобное все уже встречали. Это был медный овал размером вдвое больше того, через который они прошли, проникая в тоннель. Здесь также переплетающиеся медные и бронзовые щупальца уходили в глубь белого куба и черного камня.

Все остановились в нескольких шагах от куба.

— Вам уже доводилось бывать здесь? – Обратилась к Шан Никс.

Опершись о посох, старейшина покачала головой.

— Я не обладаю такой силой пения, чтобы сдвинуть эту дверь.

Очевидно, Шийя полагала, что у нее такая сила есть.

Хромая, бронзовая женщина приблизилась к двери и подняла ладони, словно изучая невидимые ветры. Затем, опустив руки, она запела. Сначала ее песнь была тихой, подобной легчайшему дуновению ветерка, затем начала крепчать. Никс уловила в ней твердые гармонии древнего основания, сначала возводимого, затем обрушившегося. Размеренный ритм отсчитывал ход столетий. Мотив надежды, легкий, как первые ноты, но гораздо более светлый, попытался сдерживать черную бурю басов – но не выдержал и смолкл. Это была заупокойная мелодия утрат и безвозвратно ушедшего времени, забытого прошлого, разбитых надежд.

Никс поняла.

Это Шийя заявляла о себе, называя свое истинное имя. Стоя на пороге, бронзовая женщина просто сообщала: «Вот я».

Скорбь нарастала, и от Шийи протянулись светящиеся бронзовые нити – тусклые, но все равно прекрасные. Достигнув медной двери, эти нити, в отличие от того, что случилось в тоннеле, были отвергнуты упрямым металлом.

Убрав нити, Шайя запела громче, выпуская их вновь.

И снова встретила отказ.

Бронзовая женщина опустила плечи, выражая отчаяние.

— Ей нужна ваша помощь, – вспомнив другую дверь, повернулась к старейшине Никс. – Как и в тот раз. У нее не хватает сил, чтобы открыть дверь в одиночку.

Кивнув, Шан, стуча посохом, присоединилась к Шийе.

— В чем дело? – склонившись к Никс, шепотом спросил Фрелль.