Книга Павшая луна: комплект из 2 книг, страница 153 – Джим Чайковски

Казалось, Грейлин попал в живой кафедрал, храм Матери, скрытый от взора Отца Сверху.

Он пришел к одному твердому заключению.

«Прекрасное место, чтобы умереть!»

Из глубины леса прозвучал ответ на это страстное желание. До Грейлина донесся одинокий призрачный крик, пронзительный, жуткий. Птицы тотчас же умолкли. Даже жужжание насекомых в кустах почтительно притихло. Затем к первой глотке присоединилась другая, потом третья, и вот уже в чаще завывал целый хор.

Все до одного волоски у Грейлина на теле встали дыбом. Сердце выдало древний как мир ритм добычи, почуявшей приближение хищника. Грейлин слышал рассказы про чудовищ, охотящихся в дебрях. О тенях с острыми клыками. Но он не верил в них, отметая рассказы о леденящих душу криках, о жестоком коварстве хищников, о мощных челюстях, способных сокрушить череп буйвола. Грейлин считал все это преувеличением и выдумкой. Особенно если учесть, что сам он воспитывал в Легионарии боевых собак, во многих из которых текла кровь волков. Поэтому рассказы о таинственных чудовищах, прячущихся в тумане, казались ему враками.

Но вот сейчас Грейлин понял, что все эти предания были правдой. Он совершил опрометчивую глупость, забредя сюда. Хотя, сказать по правде, не столько глупость, сколько отчаяние завело его так далеко на запад. В глубине души Грейлин сознавал, что пришел на край мира в поисках конца, жаждая смерти, в которой ему было отказано.

«И вот теперь она спешит ко мне…»

Только сейчас, столкнувшись с неизбежным, Грейлин узнал о себе новую правду, скрытую в самых потаенных глубинах его души: как же быстро исчезает желание смерти, когда к горлу приставлен кинжал!

Развернувшись, Грейлин побежал сквозь чащу твердынников, наконец увидев то, что было погребено под горем и позором.

Жажду жить.

Однако осознание этого пришло слишком поздно. Стая со злобным воем и жуткими криками устремилась следом за ним. Невозможно было определить, как далеко позади она находилась. Обезумевший от страха Грейлин бежал напролом, продираясь сквозь густые кусты, натыкаясь на толстые стволы. Сердце бешено колотилось, зрение сжалось в одну точку. Он стремился попасть в виднеющееся вдалеке редколесье, однако понимал, что не успеет. Преследующая его стая зловеще притихла. Грейлин ждал, что вот-вот туман вокруг него разорвется прыгнувшими телами и лязгающими зубами.

И тут темная Дочь, истинная Охотница, проявила к нему сострадание.

Впереди в светлеющей дымке раздалось жалобное скуление, несчастный плач. Грейлин направил свой бег в ту сторону. Это не было осознанным действием; скорее плач явился неудержимым боевым кличем, захватившим его сердце. Он бросился на звуки мяуканья – и упал, налетев с разбега на распростертое в кустах тело.

Больно ударившись о землю, Грейлин откатился вбок.

Задыхаясь, выпучив глаза, он обнаружил груду полосатой шерсти, распростертую на пологе павшей листвы. Хотя Грейлин разглядел только шкуру, он понял, что это был варгр, причем околевший совсем недавно. Скулеж доносился из-за туши зверя. Заглянув туда, Грейлин обнаружил двух крошечных щенков, возрастом от силы луна-две, тычущихся мордами в холодные сосцы. Также он увидел железные челюсти капкана, стиснувшие заднюю лапу их матери, согнутую под неестественным углом, залитую кровью. Не составляло труда понять, что здесь произошло. Самка варгра забрела в редколесье, чтобы раздобыть корм для детенышей, но сама стала жертвой капкана безжалостного охотника из Хладолесья. И все-таки животному удалось выдернуть из земли штырь, к которому был прикреплен цепью капкан, и доползти обратно в чащу, к своему потомству – где оно и околело, но только после того, как напоследок еще раз накормило щенков.