Книга Ледяная колыбель, страница 125 – Джим Чайковски

Которая эхом отдавалась у нее в голове даже сейчас.

Мы сломаем тебя.

Она закрыла глаза, сознавая правду – понимая, почему они забрали Баашалийю.

«Вместо этого они сломают его».

Райф съежился на деревянном настиле в трюме шлюпки. Зубы у него стучали, грудь ходила ходуном. Пронзенная ядовитым шипом неизвестной морской твари нога превратилась в огненный факел, но этот жар не мог рассеять его лихорадочный озноб. Мучительная боль разгоралась с каждым ударом сердца. На лбу выступил холодный пот. Он безостановочно дрожал под одеялом, наскоро сделанным из обрывка летучего пузыря.

Херль и Перде опустились рядом с ним на колени, готовые придавить его, если его будет трясти еще сильнее. Их встревоженные взгляды и нахмуренные брови не вселяли в Райфа уверенности в том, что в итоге он выживет.

Но, по крайней мере, пока что эти твари не возвращались.

У кормовой двери трюма стояли Глейс и Хиск.

— Придется как-то выковырять этот шип, – пробормотала Глейс. – Не можем же мы просто ждать, пока он умрет!

Механик покачал головой:

— Если так поступить, яд может распространиться быстрее. И еще быстрей его убить.

— Надо все-таки попытаться. Кровь вокруг этого шипа продолжает закипать. Не сворачиваясь и не засыхая. Как будто яд мешает ей свернуться. Если мы ничего не предпримем, он истечет кровью, пока мы будем тут заламывать руки.

Хиск, который как раз это и делал, вытянул руки по швам.

— А давно ушла Шийя?

— Больше двух колоколов назад. Пора бы ей уже вернуться.

— Откуда тебе знать? Никто из нас не видел тех огней, которые увлекли ее в море. Непонятно, насколько они далеко.

— Но мы же все слышали эти пушечные выстрелы.

Даже Райф их слышал. Эти отрывистые звуки разносились по морю отголосками далекой грозы.

— Это «Пустельга», – уверенно сказала Глейс. – Я знаю тембр этих пушек так же хорошо, как рев своего отца. Корабль сражается там с кем-то.

— Но уже какое-то время мы ничего не слышали. Это хорошо или плохо?

Глейс пожала плечами:

— Мой папаша не из тех, кого легко прикончить. Кроме того, у нас тут своя задача.

Их взгляды обратились к Райфу.

— Что же нам с ним делать? – произнес Хиск. – Ждать спасения или вмешаться?

Райф кашлянул и заговорил, превозмогая дрожь:

— А у меня самого есть право голоса при решении моей собственной судьбы?

Все уставились на него, ожидая его вердикта.

— Отрежьте мне ногу, если понадобится, – объявил он. – Но вытащите эту треклятую закорючку у меня из ляжки!

Перде хмыкнул и встал:

— Пойду-ка откупорю последний бочонок эля. Ему явно понадобится чашечка-другая для храбрости, прежде чем ты начнешь резать ему ногу.

Райф резко повернулся, чтобы посмотреть на здоровяка.

— Лучше тащи-ка сюда весь бочонок!

Поставив Хиска охранять дверь, Глейс вытащила из-за пояса кинжал и принялась нагревать лезвие над банкой с горящим быстропламенем. Перде вернулся с чашкой эля. Херль помог Райфу приподняться настолько, чтобы тот мог взять ее дрожащими руками. Райф осушил чашку одним глотком, все это время пристально глядя на Глейс и зная, что сейчас последует.

— Еще! – потребовал он, подсовывая чашку Перде.

Его требование было незамедлительно исполнено – и еще трижды после этого.

Райф вдруг перестал возражать против теплого эля.

Наконец Глейс повернулась к близнецам, мотнув на него головой: