Книга Не верь никому, страница 77 – Джим Чайковски

— Боюсь, пока нет. Они замолчали, вероятно, опасаясь обнаружения после прошлой ночи. К настоящему времени Хранители, вероятно, знают, что среди них есть предатель. Группа настороже. Я не могу давить на нашего человека, если риск разоблачения слишком велик. Сейчас «крот» остается нашей лучшей надеждой вновь выйти на след книги.

— И вы по-прежнему отказываетесь назвать его нам?

— Я дал клятву хранить тайну. Это было необходимо, чтобы завоевать его доверие. Любое вмешательство другого лица навсегда разрушит этот мостик.

Кир с трудом справился с острым желанием придушить лицемерно благочестивого ублюдка. За последние годы он собрал обширную информацию о Тиссо – как и о многих высокопоставленных членах Братства; несомненно, эти люди также имели подобное досье на него самого. Это была своего рода форма взаимного гарантированного уничтожения.

В его случае нельзя было построить многомиллиардное предприятие, не нарушая правил. «НьюВентис Фарма» управляла дюжиной нелегальных лабораторий в странах, известных слабым надзором. Кир не испытывал угрызений совести из-за многочисленных смертей и увечий, ставших результатом незаконных испытаний на людях. Без этого не обойтись, если хочешь вывести препарат на рынок быстрее других, и в конечном итоге его работа шла на пользу всему обществу. Например, последний химиотерапевтический препарат, разработанный «НьюВентис Фарма» спасет миллионы жизней. Да, за достижение этой цели пришлось заплатить некоторую цену, но ведь нельзя приготовить яичницу, не разбив яйцо, разве не так? Как ни суди, чистый результат будет положительным – в этом и заключалась суть лонгтермизма, этической позиции, на которой стояло Братство, согласно которой трудный выбор, сделанный сегодня, оценивается с точки зрения большего блага для будущего человечества.

И все же, когда дело доходило до нарушения правил, даже у Кира были свои границы.

Он с отвращением отвернулся от кардинала и отошел. Ему показали досье на Тиссо: мерзкие фотографии, видеозаписи, результаты вскрытия мальчика из горного прихода, где Тиссо служил до того, как облачился в багряные одежды… Кир думал использовать этот материал, чтобы принудить Тиссо раскрыть «крота», но решил не делать этого. Он понимал, что в одном тот прав.

Информатора спугнуть нельзя.

Этот ресурс оставался лучшей надеждой выяснить, что стало с книгой.

Берман снова позвала Кира и с мрачным видом сообщила о том, что узнала из просмотра всех доступных записей с камер видеонаблюдения:

— Мы проследили за группой до вокзала Ватерлоо, но там их потеряли. На вокзале в тот час было много пассажиров, и им удалось затеряться. Поезда отправляются каждые несколько минут, и определить, куда они уехали, невозможно.

Кир закрыл глаза.

— И как мы их найдем?

Берман взглянула через комнату на Тиссо.

— Ну, конечно… – Кир покачал головой, едва сдержав проклятие.

Однако Берман предложила еще один вариант:

— Я проработала в МИ-пять десять лет и вынесла одну непреложную истину. Истину, которая подтверждалась много-много раз.

— И что же это за истина?

Она повернулась к окнам, выходящим на город:

— Можно быть сколь угодно осторожным, но рано или поздно кто-то всегда совершает ошибку.