Книга Егерь. Черная Луна. Часть 1, страница 77 – Николай Скиба

Богомол не дал мне и этого. Смерть хозяина не убила ярость твари — по крайней мере, не сразу.

Тварь ударила Лану и отшвырнула её. Костяное лезвие врезалось пантере в бок, и чёрное тело взлетело в воздух, кувыркаясь прямо на меня. Я инстинктивно вскинул руки, пытаясь поймать её, и в этот момент понял — богомол уже двигался следом за своим ударом.

Тварь использовала Лану как отвлечение.

Чёрная шерсть втянулась в кожу прямо в полёте, тело перестроилось, и вместо пантеры на меня летела уже девушка.

— МАААААААКС! — Её глаза были широко распахнуты, она видела то, чего не видел я.

Лана обратилась в человека, чтобы выкрикнуть моё имя.

Она врезалась в меня, мы оба полетели на камни, и в этот момент богомол ударил туда, где я только что стоял. Лезвие рассекло воздух над нашими головами.

Тварь была слишком быстрой.

Второй удар обрушился сверху, пока я пытался выбраться из-под Ланы. Я успел откатиться вбок — почти успел.

Костяное лезвие вошло мне в левое плечо и прошло насквозь, пригвоздив к брусчатке. Боль взорвалась яркой ослепительной вспышкой, затмившей весь мир. Я заорал, дёрнулся — лезвие провернулось в ране.

— ААААААААААААААгрркххххххххх… — крик перешёл в хрип.

Тварь выдернула клинок одним рывком, и новая волна боли накрыла меня с головой.

Мир поплыл. Кровь хлестала из раны горячими пульсирующими струями. И вместе с кровью по телу расползался холод — чёртов яд богомола проникал в мышцы, левая рука немела от плеча до кончиков пальцев, ноги моментально ослабели.

Краем глаза я видел Лану — она лежала в трёх шагах, ударилась головой о камни при падении, глаза закатились. Без сознания.

Она спасла мне жизнь. Предупредила — без этого лезвие вошло бы мне в череп, а не в плечо.

Я лежал на камнях, видел небо сквозь дым от горящих домов, видел тусклые звёзды и багровые отблески пожаров на низких тучах.

Богомол медленно шагнул ко мне.

Стёпка лежал у стены. Бледный, как снег, и слишком слабый после кровопотери и зелья, чтобы пошевелиться. В его глазах читался ужас.

— Максим… — прохрипел он.

Раннер валялся у противоположной стены с разбитым лицом.

Богомол поднял лезвие для последнего удара.

Это моя кормушка! И даёт еду! А какая-то переросшая саранча смеет угрожать ей⁈ Ладно, двуногий, с тебя мешок мяса!

Да пошёл ты… Если я выживу, ты так легко не отделаешься.

Старик вышел сам.

Приземистая массивная росомаха материализовалась между богомолом и мной.

— ШРААААААА! — Старик со всей дури ударил лапами по земле. Она тут же просела, треснула и пошла глубокими трещинами на три метра во все стороны. В маленьких глазах зверя горела древняя стихийная ярость.

От него повеяло истинной силой тайги и земляной стихии D ранга.

Богомол замер на полушаге.

Тварь была умной и чувствовала, что перед ней появилось что-то совсем другое, не похожее на всех предыдущих противников. Костяные лезвия дрогнули и опустились на долю секунды.

Но потом богомол атаковал.

Оба лезвия ударили на полной скорости — смертоносный удар, который рассёк бы меня пополам от макушки до паха.

Старик даже не шевельнулся.

БАХ!

Гравитационный пресс обрушился на богомола сверху, и невидимая ладонь размером с дом вдавила тварь в землю. Лезвия остановились в метре от цели, словно упёршись в невидимую стену.

БАХ!

БАХ! БАХ! БАХ!