Книга Егерь. Вызов, страница 39 – Николай Скиба

— Может, свернут? — негромко спросил Василий, но лук не опускал.

Сборщик налогов обернулся к старосте:

— Ефим?

Лицо старосты помрачнело. Это явно не входило в его планы.

— Может мимо, — буркнул он. — Мало ли.

Звук копыт усилился. Всадники явно направлялись именно к нашему дому.

— Проклятье, — выругался Кирилл. — Что теперь делать?

— Ничего не меняется, — отрезал Ефим, но голос его звучал менее уверенно. — Выполняй, что до́лжно.

Василий покрепче сжал лук. Кирилл сделал шаг к матери. Я уже почти выпустил Афину.

Стук копыт раздавался всё громче. Приближающиеся всадники не сворачивали. Они определённо ехали к нам.

И тут из темноты показалось три внушительных силуэта на крупных лошадях.

— И что это тут происходит? — раздался мощный, уверенный и… знакомый голос.

Ефим побледнел. Василий растерянно оглянулся. Кирилл застыл как статуя.

Первым я узнал Всеволода — широкоплечего телохранителя. Рядом с ним восседал тот самый худощавый представитель барона, с которым я утром встречался в беседке Ефима.

— И что это тут происходит? — раздался мощный голос Мастера.

Воздух перед ним замерцал, и моё сердце екнуло. Из его груди вырвался сгусток тёмной энергии, который стремительной молнией пронёсся через двор.

Энергетическая волна врезалась в землю прямо между Кириллом и домом, где стояла мать. Взрыв тени, и из этого мрака материализовался огромный волк.

Чёрный, как бездонная пропасть, с глазами-углями и клыками длиной с мой палец. Зверь был внушительных размеров, его холка возвышалась на уровне груди человека. Шерсть переливалась в лунном свете, будто впитывая саму тьму.

Звериный кодекс: Информация о звере недоступна.

Эволюционный ранг: D.

Уровень зверя: 42.

Волк приземлился в боевой стойке и тут же развернулся к Кириллу.

— ГРАААРРРР.

Губы оскалились, обнажая ряды белоснежных клыков, а глаза вспыхнули красным огнём.

Мастер даже не двинулся с места, но воздух вокруг волка задрожал от едва сдерживаемой ярости хищника. Тёмные сгустки теней начали закручиваться вокруг зверя, словно живые щупальца, искажая очертания его фигуры. От волка исходила магическая аура такой силы, что у меня перехватило дыхание — я чувствовал её кожей, как давление перед грозой. По двору разнёсся запах дикого леса и чего-то первобытного.

Кирилл застыл как вкопанный, его рука замерла на полпути к матери. Волк сделал полшага вперёд, тени вокруг него сгустились ещё больше, превращаясь в подобие крыльев смерти, и земля под его лапами затрещала. В рычании слышалось обещание быстрой и болезненной смерти.

Я сглотнул, понимая, что это совершенно другой уровень. Даже моя Афина в потоковом ядре замерла — её инстинкты кричали о том, что перед нами хищник, способный разорвать её пополам одним движением.

Кирилл побледнел и отшатнулся. Василий выронил лук. Даже сборщик налогов сглотнул, сжав свиток дрожащими руками.

— Так-то лучше, — сказал Всеволод спокойно. — Теперь все могут говорить, не размахивая оружием.

Ефим пришёл в себя первым. Лицо его мгновенно приняло привычную маску радушия, но я заметил, как дрогнули его руки на трости.

— Всеволод, представитель! — он заулыбался так широко, что казалось, сейчас лицо лопнет. — Вы вернулись⁈ Это так неожиданно…

— Мы ехали по тропе, — объяснил Мастер, не убирая волка, — и встретили старого знакомого. Лет шесть назад он продал мне отличного зверя, которого ты видишь перед собой, староста. Он тогда был всего первой ступени, но всё же — Волк Теневого Разреза, редкий экземпляр. И так уж вышло, что я доверяю словам этого человека. Он говорил страшные вещи, представитель даже сначала не поверил и отнекивался, но… Мы решили проверить. Знаешь, Ефим, он рассказал об очень интересном письме, которая одна волевая, на мой взгляд, женщина написала по просьбе сына.