Книга Егерь. Вызов, страница 102 – Николай Скиба

Четыре духовных зверя одновременно…

Я не могу скрыть изумления. У меня их три, и я считал это нормой. Но Всеволод призывает четырёх и пусть они сильнее моих в развитии, но у них количество питомцев, не смотря на ступень… Не растёт?

Никита не отстаёт. Из его груди вырывается поток коричневой энергии, и появляется Каменный медведь — массивный зверь с шипастой шкурой, размером равный земляным тварям. Шипы на его спине поблёскивают металлическим отливом. Всего один?

Роман призывает двоих — сначала приземистого Каменного вепря, потом огромную стрекозу с огненными крыльями. Насекомое размером с человека зависает в воздухе, его крылья создают гипнотический узор языков пламени.

Семь духовных зверей стоят готовые к бою. Воздух наполняется рычанием, шипением, треском пламени и звоном кристаллов. Магические ауры накладываются друг на друга, создавая почти физически ощутимое давление.

Дробители замедляют бег, явно растерявшись от внезапного появления такой армады противников. Они переходят на осторожную поступь, оценивая новую расстановку сил.

Теперь я понимаю, что значит профессионал, который служит барону.

Я быстро оценил ситуацию. Расклад не в нашу пользу по индивидуальной силе, но численность была на нашей стороне. Моя роль ясна: защита тылов.

Поэтому призвал Режиссёра из потокового ядра. Серебристые молнии взорвались рядом, и самец ветряной рыси материализовался в боевой стойке. Теперь у меня было три зверя — Афина заняла позицию спереди, рыси расположились по флангам. Красавчик ютился на руках Стёпки — парень держал его подальше и правильно делал.

Я встал между Мастерами и остальными. Барут, Стёпа и Тимофей прижались к правой скале, оставаясь в зоне моей защиты, но не мешая манёвру.

Тридцатые уровни против моих восемнадцатых у рысей.

Простая арифметика. Афина шестнадцатого, но даже в чудовищном обличье, уступала любому из земляных тварей. Рыси были быстрые, но их воздушная магия могла оказаться бесполезной против каменной брони. Если Мастера не справятся, дело будет плохо.

Я сжал отцовский нож.

Афина заняла широкую стойку, мускулы напряглись под шкурой.

Лезть в бой не по силам было глупо.

И…

БААААААААААААХ!

Битва взорвалась адским хаосом стихийной магии.

Огненный орёл Всеволода обрушил потоки пламени на ближайшего землероя, в то время как ледяная рысь атаковала с противоположного фланга. Каменная броня первой твари засветилась тускло-красным светом под воздействием жара, затрещала и стала крошиться. Вторая тварь покрылась кристальным инеем — лёд проникал в микротрещины её брони, и треск расширяющегося льда прокатился по ущелью.

Жар достиг меня даже на расстоянии. Я невольно сглотнул — температура была убийственной.

Дробители не сдавались. Один поднялся на задние лапы и обрушил передние на землю — каменные шипы взорвались из-под крыльев орла, заставив птицу резко взмыть вверх. От тела обледеневшей твари поднялся пар — её внутренний жар боролся со льдом.

В этот же момент волк Теневого Разреза врезался в третьего дробителя с яростным рыком, а кабан разогнался и таранным ударом пробил бок четвёртой твари. Звук столкновения разнёсся эхом по ущелью — грохот горного обвала! Тёмные клыки волка из застывшей тьмы вгрызались в каменную плоть, оставляя глубокие борозды с чёрной жидкостью, пока массивные мышцы кабана работали как поршни, пробивая броню словно таран крепостные ворота.