Книга Шеф с системой. Турнир пяти ножей, страница 21 – Тимофей Афаэль

Всеволод смотрел на посадника изучающим взглядом. Белозёров не отводил глаз. Он не блефовал — действительно был на пределе того, что мог предложить.

— Договорились, — сказал князь.

Он протянул руку и Белозёров её крепко пожал.

Сделка заключена, но Белозёров не спешил уходить. Он стоял, всё ещё держа руку князя, и в глазах его мелькнула злость. Не на князя.

— Есть одна вещь, государь. На случай, если храмовники начнут возмущаться.

— Говори.

— Ктиторская грамота — серьёзная защита, но у любой защиты есть слабое место.

Белозёров отпустил руку князя и чуть понизил голос.

— Веверин делает странные вещи. Еда, которая лечит раны. Сыр с плесенью, который не гниёт. Мясо, которое зреет за дни вместо месяцев. Народ тёмный, суеверный. Если пустить слух, что всё это — не божий дар, а чёрная ворожба…

Он сделал паузу.

— Горожане сами закидают его камнями и никакая грамота не спасёт колдуна от праведного гнева толпы.

Всеволод посмотрел на посадника с новым интересом. Белозёров был не просто умён. Он был опасен и готов на всё ради своих целей.

— Ты действительно это сделаешь?

— Если понадобится, государь. У меня есть люди, которые умеют работать с толпой. Через неделю половина города будет шептаться о колдуне в Слободке. Через две — будут плевать ему вслед на улице. А там и до камней недалеко.

Всеволод молчал, переваривая услышанное. Выглядело всё очень заманчиво.

Он получал живые деньги от города. Причем много и сразу. Получал ежегодную долю от торговых сборов, а это постоянный доход в казну на годы вперёд. Место в Вече для своего человека — влияние на городскую политику. Получит повара, который будет кормить его лечебной едой каждый день. И способ нейтрализовать Церковь, если та вздумает вмешаться.

А взамен — всего лишь задушить одну Ярмарку.

Рана под рёбрами ныла, напоминая о главном. Повар нужен срочно. Не через пару дней, когда мальчишка одумается, а прямо сейчас.

— Хорошо, — сказал Всеволод. — Слухи пока не пускай. Это на крайний случай. Но будь готов.

— Всегда готов, государь.

Белозёров поклонился и направился к двери. На пороге остановился.

— Когда начнёте?

— Сегодня.

Посадник кивнул и вышел. Шаги его быстро стихли в коридоре.

Всеволод повернулся к Оболенскому.

Ревизор стоял молча, сложив руки за спиной. Лицо его было непроницаемым, но Всеволод слишком хорошо знал своего человека.

— Говори, — сказал князь. — Вижу, что хочешь что-то сказать.

Оболенский помолчал, подбирая слова.

— Белозёров — змея, государь. Сегодня он платит вам за то, чтобы вы убрали его конкурента. Завтра найдёт способ укусить вас в спину.

— Я знаю.

— И всё равно берёте его деньги?

— Деньги не пахнут, Оболенский, а Белозёров полезен. Пока полезен — пусть живёт. Когда перестанет быть полезным — разберёмся.

Всеволод подошёл к окну. Повар наверняка ужинал со своими сиротами. Думал, что обхитрил князя, вывез свой вонючий сыр под носом у гвардии.

Пусть думает.

— Слышал всё?

— Слышал, государь.

— Налоги отменяются. Бумаги можешь сжечь. Они больше не нужны.

Всеволод обернулся.

— Перекрывай Слободку, Оболенский. Ни одна телега не въедет и не выедет. Ни крошки хлеба, ни полена дров, ни мешка муки.

— Сколько людей задействовать?

— Всех, кто есть. Поставь посты на каждом переулке, на каждой тропинке. Даже мышь не должна проскочить.