Книга Шеф с системой. Экспансия, страница 95 – Тимофей Афаэль

— Спасибо, — прогудел Панкрат мне в ухо. — Спасибо тебе, Александр. От меня, от Мишки, и всех, кого мы этим зельем вытащим. Храни тебя Господь.

Он отпустил меня так же резко, как обнял. Отвернулся, шумно высморкался и буркнул:

— Ладно. Хватит телячьих нежностей. Жрать будешь? У меня каша осталась.

Я усмехнулся.

— Буду, а потом — в дорогу. Дела в городе ждут. Кстати, а Ярик где с мужиками?

— Знаю, что ждут, — Панкрат уже гремел горшками у печи. — Ярика с парнями я на постой определил. Им помощь нужна была, да и спать тут негде. Я бы и тебя отправил, да не стал трогать. Дружинников хотел оставить на излечение, да воспротивились. Сказали. ты их на ноги быстрее поставишь. У вас война там, да? Заходила вчера об этом речь краями.

— Что-то вроде.

— Тогда жри быстрее. И удачи тебе, боярин. Она тебе понадобится.

Я сел за стол и принялся за кашу.

После завтрака вышел на крыльцо просвирни и огляделся.

Утро выдалось ясным, морозным. Солнце поднималось над лесом, окрашивая снег в розовое золото. Деревня Бобровка лежала внизу, у подножия холма — десяток дворов, дымы из труб, фигурки людей, занятых утренними делами. За деревней тянулись поля, за полями — лес, тот самый, в котором мы вчера чуть не оставили свои шкуры.

Воздух был по-настоящему чистым, каким он не бывает в городе. Пах снегом, хвоей, дымом и свежестью.

Я глубоко вдохнул и почувствовал, как расправляются лёгкие. Хорошее место. Правильное.

За спиной скрипнула дверь. Панкрат вышел на крыльцо и встал рядом, скрестив руки на груди.

— Красиво, — сказал я, кивая на пейзаж.

— Красиво, — согласился он. — Летом ещё лучше. Травы по пояс, ягода в лесу, грибов — хоть косой коси.

— И воздух чистый.

— Чище, чем в городе, это точно.

Я помолчал, обдумывая мысль, которая крутилась в голове с самого утра.

— Отче, — сказал я наконец. — Мишку я тебе оставляю.

Панкрат кивнул.

— Само собой. Куда его сейчас тащить? Пусть отлежится недельку, окрепнет. Потом заберёшь.

— Не недельку. Месяц, может, два. Пока полностью на ноги не встанет. Эмульсия болезнь придавила, но не убила. Ему нужен покой, чистый воздух, хорошая еда. Всё это у тебя есть.

— Есть, — Панкрат хмыкнул. — Ну, добро. Присмотрю за пацаном, мне не в тягость.

— И ещё одно, отче. — Я посмотрел ему прямо в глаза. — В городе ему сейчас появляться нельзя.

Панкрат нахмурился:

— Из-за той войны, про которую ты утром поминал?

— Из-за неё. У Мишки сестра есть старшая. Марго. — Я сделал короткую паузу. — Душегубка она, отче. Людей убивала и меня пыталась убить по указке одного серьёзного ублюдка, Крысоловом звали. Он Мишку при себе держал, а сестру заставлял мокрые дела делать для него.

Панкрат тяжело вздохнул и перекрестился, но перебивать не стал. В его глазах сквозило понимание того, как грязен этот мир и как низко могут пасть люди от отчаяния.

— Крысолов этот уже в земле. Мы его вчера ловили и не поймали, потому и здесь оказались, — продолжил я. — Но люди, которые за ним стоят, никуда не делись. А у них серебра много. Марго сейчас у посадника под замком сидит. Если они прознают, что пацан жив, придут за ним, чтобы девке рот заткнуть.

— Понял тебя, — голос священника стал жёстким.

— Она пока под замком, — добавил я. — Но, может статься, как всё уляжется, я её к тебе отправлю. В услужение. Пусть грехи свои отмаливает. Если возьмешь.