Книга Шеф с системой. Экспансия, страница 109 – Тимофей Афаэль

Мы вышли из кабинета, и я поймал себя на мысли, что этот день начался лучше, чем я ожидал.

* * *

Склад Елизарова встретил меня прохладой.

Просторное помещение с толстыми каменными стенами держало холод идеально. Вдоль стен тянулись прочные стеллажи, в углу громоздились мешки, а в центре, на длинных дубовых столах, лежали окорока. Два десятка отборных задних свиных ног.

Я подошёл ближе, чувствуя, как просыпается профессиональный азарт. Мясо было великолепным. Глубокий, рубиново-красный цвет мышечных волокон перемежался тонкими, как паутинка, прожилками жира — идеальная мраморность. Край каждого окорока венчал толстый слой белоснежного, плотного сала, которое при правильной ферментации приобретёт тот самый привкус и будет таять на языке. Свежий, чуть сладковатый запах качественной свинины говорил о том, что животные питались зерном, а кровь спустили безупречно.

— Ну как? — Елизаров стоял рядом, скрестив руки на груди.

— Идеально, Данила Петрович, — я с уважением похлопал по плотному, пружинящему мясу. — Лучше и желать нельзя. Соль?

Купец кивнул, и его мужики развязали мешки. Я зачерпнул горсть крупной, морской соли, пахнущей йодом. Мелкая соль для хамона — верная смерть: она просто сожжёт верхний слой мяса, запечатает влагу внутри, и окорок сгниёт, а крупная, будет вытягивать воду медленно и верно.

— Ящики готовы, — купец указал на ряд сколоченных широких дубовых коробов.

— Начинаем, — я засучил рукава.

Я работал вместе с мужиками, показывая всё на личном примере. Сначала каждый окорок нужно было как следует промассировать, с силой выдавливая остатки сукровицы у кости, чтобы внутри не осталось ни капли лишней влаги, способной вызвать гниение.

Затем мы сыпали на дно ящика толстую, в три пальца, подушку из соли. Свиные ноги ложились на это ложе кожей вниз, а дальше начиналось главное: мы засыпали их солью так, чтобы она покрывала мясо полностью, забивалась в каждую складочку, образуя плотный белый саркофаг. Соль скрипела и хрустела под пальцами, руки быстро покраснели, но я не позволял халтурить ни себе, ни помощникам. Каждый окорок должен быть похоронен под этим сугробом без единого зазора.

К полудню мы закончили. Два десятка ящиков стояли ровными рядами.

— Мужики, перерыв, — скомандовал Елизаров, видя, что дело сделано. — Идите, погрейтесь.

Работники с облегчением потянулись к выходу, потирая и дыша на замёрзшие ладони.

— Всё, как договаривались, Александр, — купец посмотрел на ящики. — Сроки я помню. Две недели на всё про всё.

— Две недели, Данила Петрович, — подтвердил я. — Я проконтролирую каждый этап сам. Оставь меня на пару минут, хочу ещё раз укладку проверить перед тем, как крышки закроем.

Он коротко кивнул и зашагал к дверям.

Дождавшись, пока за ним закроется дубовая дверь, я подошёл к ящикам. Положил онемевшие ладони на шершавое холодное дерево и закрыл глаза. Времени на естественную сушку и вяленье у нас не было, но у меня был козырь, ломающий законы природы.

Система, активировать навык.

Интерфейс привычно развернулся перед внутренним взором. Я мысленно выделил все двадцать объектов.

Навык «Энзимное ускорение (I ранг)» активирован.

Целей: 20.

Эффект: Ускорение естественных процессов созревания/брожения.

Коэффициент времени: ×20. Формирование премиального вкусового профиля.